Ее мысли были прерваны появлением одного из сотрудников палаццо, который принес продукты, чтобы заполнить пустой холодильник. Для Айлы даже приготовили еду на вечер, так что ей не нужно было ехать в магазин. Айла улыбнулась, тронутая до глубины души вниманием Констанции. По крайней мере, ей не нужно больше беспокоиться о том, как к ее приезду относится мать Алессандро.
Почти два месяца, проведенные по большей части в одиночестве в уютном фермерском доме, восстановили душевное спокойствие Айлы. Забота о собаках и котятах создавала для нее иллюзию постоянной занятости. Конечно, она никогда не забудет ребенка, которого потеряла. Но эта первая, самая тяжелая волна боли немного ослабла. Беспокойство о том, что приготовить на обед, было вершиной ее проблем в Сомерсете. Но даже там она с тревогой осознавала, что все еще таит в душе гнев и горечь по отношению к Алессандро. Вот почему она не могла забыть его и продолжала искать о нем информацию в Интернете, подбирая факты и цифры, а также список деловых побед, которые, однако, не умаляли сложности и противоречивости его характера.
После раннего ужина Айла приготовила для себя ванну и позаимствовала шелковый халат из гардероба Тани, поскольку свой второпях забыла положить в чемодан. После ванны она собиралась заехать в палаццо, чтобы забрать Паггла. Айла просто боялась, что к тому времени он успеет сгрызть что-нибудь весьма ценное. Пришлось признать, что щенок – настоящий вечно голодный маленький монстр, хотя и необыкновенно обаятельный.
Она с наслаждением опустилась в теплую воду и почти задремала, когда услышала настойчивый стук в дверь. Она резко села, и вода выплеснулась из ванны на пол. Кто это может быть? Констанция отправила кого-то привезти Паггла? Наскоро обтершись полотенцем, Айла накинула на себя халат и босиком спустилась вниз по деревянной лестнице.
Алессандро был в неуправляемом гневе. Он неожиданно прилетел домой и прямо с порога был бесцеремонно укушен мерзким животным, которое, как он полагал, находится за тысячи километров отсюда. Поскольку его мать тут же с сюсюканьем подхватила пса, у Алессандро были буквально связаны руки. В голове его никак не укладывалась мысль, что Айла на Сицилии, в доме его брата, в его собственном имении!
Это откровение привело его в настоящую ярость. Айла отказывалась видеться с ним, разговаривать, не хотела даже отвечать на его телефонные звонки! А теперь, даже не предупредив его, поселилась в доме Паоло и Тани. И как он должен к этому относиться? Поэтому она не соглашалась продать дом? Неужели она изначально планировала поселиться на Сицилии и сделать его жизнь невыносимой?
Поплотнее запахнув халат, Айла открыла дверь.
– Простите, я была в ванной, – запыхавшись, выпалила она прежде, чем успела увидеть, кто именно стоял на пороге. Алессандро, как обычно, был одет в угольно-черный костюм, подчеркивавший его высокий рост и мускулистую фигуру.
В одно мгновение Алессандро столкнулся лицом к лицу с тем, что так старательно пытался забыть. Он смотрел на Айлу, на ее большие голубые глаза, фарфоровую кожу в окружении непослушных локонов. Алессандро казалось, что все, кого он встречал прежде, были изображены в монотонных серых тонах, и лишь одна Айла была нарисована живыми, настоящими красками. И что хуже всего, он вдруг осознал, что на ней нет ничего, кроме тонкого халата. Мысль о том, что кто-то другой мог увидеть ее в таком виде, разозлила его. Он мог видеть, как ее соски просвечивают сквозь тонкий шелк, видел стройность ее талии, изгиб бедер. Он ощутил болезненную тяжесть в паху, так хорошо ему знакомую.
– Алессандро. – Айла вздрогнула. Она смотрела на него так, словно у него внезапно выросли рога.
И тем не менее она знала, что увидит его, понимала, что они не смогут избежать встречи и что ее появление непременно разозлит его. Айла сделала нерешительный шаг назад.
– Я думала, ты еще в Лондоне.
– Я всегда прилетаю домой на выходные, если могу, – сдержанно сказал Алессандро. – Бога ради, Айла, что ты здесь делаешь?
В ответ на этот вопрос маленький внутренний дьяволенок Айлы показал свои острые зубки.
– Я имею полное право находиться здесь. Это мой дом, – произнесла она, вздернув подбородок.
– Да, но ты знаешь, что я хочу купить его у тебя.
Айла развернулась на сто восемьдесят градусов, оставив дверь открытой, потому что не собиралась вежливо приглашать его войти.
– Я не обязана объяснять тебе, почему я здесь, – сказала Айла и услышала, как захлопнулась входная дверь.
– А я разве говорил, что обязана? – прорычал Алессандро.
– Я знаю, ты не хочешь, чтобы я здесь находилась.
– Когда я такое говорил? – требовательно поинтересовался Алессандро, следуя за ней в гостиную.
Айла повернулась, и ее халат на мгновение распахнулся, обнажив его взгляду ее стройное бедро и колено. Во рту у него мгновенно пересохло, когда он вспомнил бархатную кожу Айлы. Айла нахмурилась, заметив, как он на нее смотрит.
– Тебе и не нужно было это говорить. Ты ясно дал понять, что не хочешь, чтобы кто-то, помимо членов твоей семьи, владел этим поместьем.
