Делать нечего, так что я вытаскиваю телефон и захожу в ICQ. В сети только Лайт, что само по себе довольно удивительно. Обычно наш отличник не позволяет себе на лекциях отвлекаться на разговоры по «аське», да видать, сегодняшняя суматоха доконала даже его.
Christen: «Неужели лекция настолько скучная? ^^»
Light: «Какая там лекция? У нас проверочная работа, а я уже все сделал)»
Christen: «Чего ж еще от тебя ждать)) Трудные задания-то?»
Light: «Ерунда полнейшая. Хотя остальные еще сидят пишут. Кроме Майла. Он, кажись, и не брался за ручку даже».
Christen: «OMG… Что, по-прежнему подавлен из-за Такады?»
Light: «А ты как думаешь? Хотя Таки тоже хороша… Во всеуслышание объявила, что они с этим красавчиком Миками придут на вечеринку вместе…»
Christen: «Вот ему делать нечего, ага >.< Хотя может, он это использует для своего расследования… От этих полицейских всего можно ожидать».
Light: «И не говори… Можешь не рассказывать, на что способны полицейские, уж я-то знаю не понаслышке. Ладно, Крис, Миса тут просит ей помочь, так что я, пожалуй, офф. Не скучай))».
Christen: «И ты тоже))) И Майла там все же попробуйте расшевелить…»
Оставшись без собеседника, убираю телефон в карман фартука и опять вздыхаю, глядя в бокал с ванильным коктейлем. На душе появляется какой-то груз, стоит только вспомнить грустное лицо Мэтта, и еще более неприятное ощущение собственной беспомощности из-за невозможности как-то ему помочь. И ведь не сказать, что мне так уж его жалко… В конце концов, он и сам виноват в своем нынешнем состоянии. Шутливые заигрывания с представительницами прекрасного пола, как и предполагалось, сами сыграли с ним злую шутку. Долгое время он не стремился разобраться в собственных чувствах, а когда, наконец, спохватился, было уже слишком поздно. Все мы видели его интерес к Такаде, и она сама, разумеется, тоже. Но все его ухаживания за ней выглядели скорее как шутка или забава, так что со временем она уже не могла воспринимать его иначе, чем друга с хорошим чувством юмора…
Дабы отвлечься от печальных мыслей, опять иду в гардероб и возвращаюсь с «Гарри Поттером и Дарами Смерти» подмышкой. Анжела тоже сидит за стойкой и разглядывает «Cosmopolitan», то и дело поправляя съезжающие с носа очки. Народу как не было, так и нет, и, кажется, пока не предвидится. Так что я тоже со спокойной душой углубляюсь в чтение, надеясь, что, пока я буду путешествовать по волшебному миру, время в этом будет течь быстрее.
Размечталась…
Вопреки ожиданиям, чтение меня ничуть не увлекает. Время по-прежнему ползет как улитка. А при взгляде на книжку у меня не то что не возникает мысли читать ее снова, но и вообще дурно становится от подобной перспективы. Не зная, что делать, я беру тряпку и протираю столики, и без того начищенные до блеска. Когда не остается вообще никакой работы, которую можно было бы сделать, я начинаю медленно сходить с ума от скуки, безделья и ожидания. Я сижу и каждые пять минут смотрю то на часы, то на дверь. И жду, жду, жду… Жду, когда над дверью зазвенит колокольчик… Жду Эля…
Когда, наконец, звенит колокольчик, на часах уже третий час. Однако, к моему сожалению, пришедшим оказывается вовсе не Эль. Нет. Вместо него в кафе заходит Киоко. Истерика у нее уже прошла, уступив место подавленности.
«Господи, - качаю головой. – Что хоть у всех за любовная лихорадка? Вперемешку с отверженностью… Сначала Майл, теперь вот она… Сговорились все что ли?»
Анжела так поглощена разглядыванием снимков моделей и чтением статей, что, кажется, вообще не заметила посетительницу. Так что к Киоко подхожу я с дежурной улыбочкой на лице.
- Здравствуйте, что будете заказывать?
Моя жизнерадостность и бодрость, пусть и наигранная, явно действует ей на нервы, но хамить что-либо в ответ она не спешит, а только бросает на меня недовольный взгляд и говорит:
- Несите десерты. Любые.
«Оп-па!» – я вместо того, чтобы сочувствовать ей, веселюсь от души, а уж ее заказ и вовсе вызывает у меня приступы хохота. Титаническими усилиями я все же удерживаю их внутри и лишь продолжаю улыбаться.
- Сию минуту.
Повара постарались на славу, так что ассортимент десертов сегодня о-го-го, словно предчувствовали. Так что я со спокойной душой ставлю на подносы около дюжины тарелок и с невозмутимым лицом тащу посетительнице.
- Прошу вас, - говорю я, составляя тарелочки на стол и про себя хохоча над тем, как Киоко меняется в лице.
- Вы что, издеваетесь?! – кричит она. – Мне никогда в жизни столько не съесть. Немедленно унесите все назад.
- Приношу свои глубочайшие извинения, - наиграно учтиво отвечаю я, и видом, и интонацией изображая Себастьяна из «Темного дворецкого», разве что не кланяюсь. – Просто вы не уточнили, сколько именно вам требуется, поэтому я принесла все, что у нас есть.
