Когда он заворочался, у неё отлегло от сердца, как бы она не убеждала себя в безразличие к этому человеку, и к его судьбе, не смогла сдержать радостной улыбки, вызванной тем что парень начал приходить в себя.
И всё-таки, много странного было в нём, начиная с его одежды и заканчивая странной активностью врат. Кстати о вратах, она впервые наблюдала их в действии, а до этого она довольствовалась лишь легендами, согласно которым её народ был сослан из своего родного мира в этот, через именно эти врата. Это был последний раз когда они открывались. Согласно тем же легендам, врата были запечатаны с той стороны, дабы ни единая душа не смогла выбраться из этого проклятого всеми богами мира.
Так что же теперь получается, спустя несколько столетий кто-то вновь открыл их, для того что бы забросить сюда этого бедолагу? Неужели он кому-то смог настолько насолить, что в наказание его решили обречь на мучительную жизнь в этой загнивающей дыре? Или дело в другом? Увлечённая своими размышлениями она стала расправлять прутиком ветки и угли в костре, а после подкинула ещё немного корней в огонь. В этот момент парень кашлянул, чем и заставил вздрогнуть её от неожиданности. Когда она обернулась то застала парня пытающимся приподняться на локтях, но вышло у него это не важно.
– Очнулся наконец? – спросила она. – Лучше пока не вставай, полежи ещё немного.
Парень послушался. Строить из себя героя было не к месту, да и состояние было такое, словно его пару раз пропустили через мясорубку, а потом получившийся фарш слепили обратно в некое подобие человека.
– Что со мной случилось? – глухо спросил он.
– А ты разве сам не знаешь? – она посмотрела прямо в глаза. – Кстати, как твоё самочувствие?
– Голова раскалывается.
– Не удивительно, я признаться не была уверенна что ты вообще придёшь в сознание.
Она запустила руку под свой плащ, и извлекла на свет маленькую фляжку. Села на колени рядом, одной рукой приподняла голову, а второй поднесла горлышко фляжки к его губам.
– Выпей пару глотков, полегчает. – заботливо произнесла она.
Проследив как парень выпил положенные два глотка, какой-то незнакомой густой и горьковатой жидкости, перехватила фляжку своим хвостом, покрытым короткой словно пушок белой шёрсткой. На кончике хвоста мелькнул костяной заострённый наконечник, привлекая к себе внимание.
