Вместо ответа Дамес взял в руки планшет, на котором отчётливо отображались файлы с данных, предоставленных Цербером. Ориас разглядел их, и его зрачки удивлённо расширились.
– Из–за этого. Цербер предоставил.
– Обменял свою жизнь, как я понимаю? И где он сейчас? Снова спрятался на Тутаме? – как можно безразличней поинтересовался Ориас, однако сталь в его голосе не дала обмануть. Кажется, кое–кто хочет поговорить по душам с пиратом.
– Нет. Цербер здесь, но уже не в качестве заложника. Он на службе.
Ориас изумлённо уставился на брата, словно впервые видел его, беззвучно раскрыв рот и вновь закрыв. Видимо, не этого ответа он ожидал. Впрочем, мы так же были удивлены, услышав это предложение от самого Цербера. Не удивлюсь, если ему слишком наскучили вечные коридоры своего дворца на Этажах, не радующие глаз диковины и одни и те же лица. С его регенерацией, которой практически и нет, ему вообще опасно в открытый космос выходить.
– Тогда что ты от меня хочешь, раз у тебя есть все данные? – нахмурился Ориас, сжав пальцы.
– Лично от тебя – ничего. Однако, как тебе уже сказала Мэлисса, Сенат и несколько Баронов настаивают на том, чтобы перевести тебя в Калейшет и продолжить свой допрос. Не стоит говорить, какими способами они будут выяснять правду, и при этом их не волнует, какая именно это будет правда. А ты знаешь слишком много, чтобы подставить под удар меня и всю Империю.
– Так не легче свести меня с ума?
– А разве я не этого добивался, посадив тебя в Серфекс? – весьма холодно поинтересовался Дамес, и у меня мурашки по коже пробежали. – Однако рассудок остался при тебе. Я мог бы потратиться и полностью перекроить твой мозг, но Сенат будет только рад усилить твои мучения, доставая правду, которую, они несомненно, получат. Закрыть на это глаза я не могу, однако и смерть для тебя будет слишком простым выходом.
– И что ты тогда предлагаешь? – осторожно спросил Ориас, словно боясь услышать ответ.
Дамес не спешил с ответом, оценивающе смотря на брата и явно перебирая в голове все пути решения сложившейся проблемы. Мы ждали – Ориас с заметным напряжением, затаив дыхание, я – стараясь не показать, насколько мне важен ответ Дамеса.
– Я решил дать тебе испытательный срок. Докажешь, что тебе снова можно доверять – частично сниму обвинения и отправлю куда подальше, чтобы Сенат не нашёл.
Мне невольно вспомнились слова Ориаса, когда он на балконе признался, что хочет отослать Дамеса как можно дальше, в какой–нибудь зелёный тихий мир. И вот история снова повторяется. Вспомнил ли это Ориас? Судя по тому, как закрылись его глаза – да.
– Мэлисса уже рассказала, на каких ты тут правах. Однако хочу напомнить, что ты тут больше не гость. Тебе здесь не рады.
– Я и так… это знаю, – негромко произнёс Ориас.
– Не сомневаюсь. Ты согласен на эти условия?
– Да.
– Вопросы?
На лицо Ориаса легла тень.
– Если ты позволишь.
Дамес чуть наклонил голову, и после недолгой паузы всё же ответил:
– Пожалуй.
– Наедине.
Я чуть не подавилась чаем, устремив на Дамеса настороженный взгляд, однако тот продолжал пристально изучать Ориаса.
– Мэлисса, подожди в коридоре.
– Но…
– Не спорь.
Резко поднявшись с дивана, я отвернулась, под гробовое молчание покинув кабинет и едва борясь с желанием закрыться крыльями и стать невидимой. Однако вопросы, которые Ориас собирался задать Дамесу, явно не предназначались для моих ушей. Надеюсь, он не сотворит ещё одну глупость наедине с братом? Вроде, никаких острых предметов в кабинете не было, да и Дамес мог с лёгкостью свернуть ему шею даже особо не напрягаясь.
Облокотившись об стену, я с нетерпением поглядывала на знакомые двери, тяжело вдыхая показавшийся мне душным воздух. Проходили долгие минуты, а Ориаса всё не было и не было. Из кабинета не доносилось ни звука, заставляя беспокоиться ещё сильнее. Если кого–то там сейчас убивают, я это просто не услышу! Однако раз браслет Ориаса молчит, то и переживать нечего. Ага, если бы ещё эта мысль меня успокаивала… Скорее, от неё в разы тревожней становится.
Спустя полчаса, не меньше, двери наконец–то раскрылись, и в коридор вышел какой–то ну слишком воодушевлённый Ориас. С темнеющим на скуле синяком, при виде которого я на секунду опешила, пытаясь понять, о чём же они так серьёзно разговаривали. Но судя по тому, как с лица враса спала настороженность и холод, о чём–то явно серьёзном, выясняя отношения. А если брать во внимание синяк, то Дамес и вовсе не стал сдерживать себя.
Ориас взглянул на меня, заставив наконец–то очнуться, недоумённо нахмурив брови.
– Тоже желаешь поговорить?
– А смысл? Как будто ты меня станешь слушать, – бросила я резче, чем хотела, развернувшись и зашагав вперёд. – Не отставай.
