Крейсер дальней галактической разведки терпит крушение на планете, атмосфера которой несовместима с человеческим метаболизмом. Для восстановления систем корабля требуется шестьдесят лет. Командир звездолета принимает непростое решение воспользоваться преобразователем, не подозревая о западне, которую он себе готовит.
Крейсер дальней галактической разведки входил в систему безымянной звезды. В ходовой рубке за пультом управления сидели пять человек. Поисковые радары определили наличие трех планет, одна из которых, судя по предварительным данным, обещала быть кислородной.
— Коррекция курса, — проговорила Светлана, навигатор корабля, переключая информационную картинку со своего дисплея на экран первого пилота.
Семен бегло просмотрел колонки цифр и запустил программу сближения, одновременно почувствовав, как заработали двигатели ориентации. Ослепительный диск звезды медленно сполз к боковым экранам, уступая место одной из планет.
Второй пилот удовлетворенно откинулся в кресле.
— Еще один шарик в наш актив, — проговорил он. — Зонды готовы. Расчетное время возвращения — через два часа.
— Не нравится мне этот цвет… — ответил командир, не разделив оптимизм пилота. — Зонды в шахту, — приказал он, — старт автоматический.
Грязно-лиловый шар планеты медленно накатывался на обзорные экраны. Гигантский звездный корабль изящно скользил в пространстве, похожий на серебристого ската, на фоне бурых разводов облачности. Корма звездолета еще лениво сочилась плазмой, остывая после недавнего рывка.
— Вниманию экипажа, — произнес Интерком голосом бортового кибермозга, — вышли на орбитальный виток. Старт разведзондов через 20 секунд.
На пульте пошел обратный отсчет.
Навигатор погасила информ и повернулась к командиру:
— Андрей, мы…
Она не договорила — следивший за стартом разведзондов кибернетик вдруг застучал по клавиатуре пульта.
— Сбой в стартовой процедуре! — в замешательстве выкрикнул что-то непонятное он. — К1, остановить старт! Механизм шлюза… Он не открывается!
— Программа старта остановлена, — монотонно доложил голос кибермозга.
Тишину рубки рванула сирена. Андрей взглянул на аварийный информ и похолодел. В аннигиляционных камерах первого зонда уже сработало зажигание. Считанные секунды отделяли их от взрыва!
— Система антизащиты! — выкрикнул он, захлопывая забрало гермошлема.
— Блокировка кормовых отсеков!…
Звездолет содрогнулся так, что от вибрации лопнули несколько экранов. Планета угрожающе качнулась навстречу.
— Разгерметизация стартового модуля. — Голос Семена дрогнул. — Перехожу на ручное управление. Алан, дублируй!
— Нарушена внутренняя связь! — Светлана повернулась в кресле. — Кибермозг молчит. Что это было?!
— Капсула ударила в створы шлюза, — ответил Сергей. — Если она проломила их, то еще ничего. А если нет? Внутренние датчики не работают… — Он несколько раз стукнул по клавише, но тщетно…
— Командир, я пойду! — рванулся Алан.
— Сидеть! Здесь нужен робот с высшей защитой!
— Мы падаем! — внезапно сообщил Семен. — Орбита снижается…
В этот момент грянул взрыв. Ослепительное пламя полного атомного распада плеснуло в гаснущие экраны. Сквозь муть пропадающего сознания Семен почувствовал, как заклинило астронавигационные рули ручного управления. Система антизащиты устояла, но теперь звездолет не падал — он рушился на планету.
— Ребята, все живы? — прохрипел он, пытаясь дотянуться до нужной секции пульта.
Ответа не последовало. Пальцы скользили, срываясь с клавиатуры.
Ему все же удалось отстрелить емкости с активным веществом — легкий толчок возвестил о том, что второго взрыва не будет.
Он впился глазами в уцелевшие приборы. Счетчик высоты стремительно гнал к нулю, и Семен внезапно понял, что жить ему осталось всего несколько секунд…
Удар был страшен. Почва разверзлась. Казалось, планета издала тяжкий стон, принимая в свое лоно тысячетонную громаду космического корабля. Еще несколько секунд он по инерции двигался вперед, вспарывая безжизненную равнину, словно чудовищный плуг, и вдруг застыл, неестественно задрав к лиловому небу искореженную и оплавленную корму.
Слезы медленно катились по щекам Андрея. Закрытое забрало гермошлема не позволяло смахнуть их, и они въедались в кожу, обжигая лицо.
Он стоял у входа в новоявленное ущелье перед тремя одинаковыми, бурыми холмиками. В противоположном конце разлома возвышался полузарывшийся в почву, обгоревший корпус корабля.
Рядом с ним стоял, взвизгивая поворачивающимися видеодатчиками, приземистый бортовой кибермеханизм. Над бурой равниной величественно поднимался лиловый диск безымянной звезды.
Андрей в последний раз взглянул на могилы и медленно побрел к останкам корабля. В его распоряжении остался час. Светлана умирала, и он должен был решиться. Должен.
За его спиной из-за гребня оплавленного вала вдруг появилась отвратительная, вся покрытая осклизлыми наростами морда какого-то существа. Два близко посаженных глаза тупо обозрели ущелье и остановились на спине идущего человека. Легкий шорох, и животное, отдаленно напоминавшее таракана, вскарабкалось на вал. Его лапы поджались, готовясь к прыжку, двухметровое тело напряженно застыло.
