Но стоит только подумать, что совсем скоро, через пару лет, я останусь в доме совсем одна, то мне становится страшно. Я же никогда одна не жила. Сначала всегда рядом были родители, потом, когда они развелись, мы с сестрой остались с мамой, но на выходных всегда ездили к папе, затем в универе я жила в общаге с другими студентами, там же познакомилась с Саймоном и мы стали жить вместе, поженились, завели детей, то есть я никогда не была сама по себе. От мысли, что скоро в пустом доме некому будет наводить беспорядок и все вещи будут лежать там, где я их положила, а на кухне прекратится срач, потому что некому крошить и мусорить, и стоит только зайти в дом, никто не полезет к тебе с просьбами и требованиями, вот от этой мысли, признаюсь, мне уже становится жутко одиноко.
Если подумать, то вполне возможно и такое развитие событий: вдруг я упаду с лестницы, проломлю себе голову и помру, а никто об этом не узнает, пока соседи не начнут жаловаться на вонь. Потом войдут ко мне в дом и обнаружат мой труп, лежащий под лестницей в одних трусах. Но хотя бы перед людьми не будет стыдно, потому что в доме чистота и порядок (только трупный запах стоит), так что не будут судачить, какой срач у меня был. Наверно, мне надо уже сейчас позаботиться и избавиться от старого застиранного растянутого белья и обзавестись новыми трусами, так что, когда найдут мое тело, скажут, что и трусы на ней были новые и чистые.
Но если подумать, я не буду жить в совершенном одиночестве. Ведь собаки-то от меня никуда не денутся. Барри вообще по духу собака-спасатель, так что случись со мной неладное, он как Лэсси побежит по округе и всем сообщит. Джаджи, вероятно, даже и не пошевелится. Он скорее всего развалится на моей кровати и будет злорадствовать: «Наконец-то эта старая дрянь сдохла, теперь вся кровать моя!» Да он уже и сейчас так делает и еще рычит на меня, когда я пытаюсь его немного подвинуть. Джаджи хоть и пес, но верности собачьей в нем нет ни капли. Однако когда я буду жить совсем одна, не будет препятствий завести себе еще собак – верных добрых друзей – так еще я смогу по ночам хомячить в одно лицо и никто мне ничего не скажет, собаки-то вместе со мной будут есть.
Ой, до этого еще далеко, а пока мне надо растолкать детей и заставить их заниматься. Уж как я уговаривала их, как настраивала на работу: «Вставайте, лежебоки, садитесь повторять уроки, а то так и останетесь здесь лежать на боку всю жизнь, и вам будет стыдно перед своими друзьями, потому что я буду вас позорить каждый раз, когда они будут сюда являться! Встали сейчас же и пошли на прогулку с собаками, почему посудомойка не разгружена, нашли себе служанку, мать вашу!» Пошумев еще какое-то время для приличия, я ушла на работу.
На работе до сих пор официально не объявили о нависшем над нашими головами слиянии, и я уже стала сомневаться, а не ошибочные ли сведения у Эда, а может, это он так неудачно шутил, но люди тем временем перешептываются между собой и по офису ходят слухи, так что народ стал подходить ко мне и спрашивать, что мне известно. Боюсь, не бывает дыма без огня, они просто тянут время, чтобы потом взять и поставить нас перед фактом.
А в целом сегодня день прошел без особых событий, так что я вернулась домой как обычно, нисколько не удивилась, что собак никто не выгулял, Джаджи угрюмо сидел в гостиной и даже не вышел поздороваться, посудомоечная как была забита утром, так и стояла нетронутая. Вздохнув, послала я Питера выгулять измучившихся взаперти бедных псов, сказала Джейн разгрузить посудомойку, а сама принялась собирать собачьи какашки, которые были густо разбросаны по всему первому этажу, просить детей убирать за псами – дело безнадежное, они вляпываются в эти же какашки и разносят их по всему дому. Да, пятничный вечер проходит незабываемо!
Тут Джейн начала трещать о своей машине и о проклятом черном ящике, который следит за ней и снижает по непонятной причине баллы за вождение, и, может быть, я помогу ей подправить ее рейтинг, если поезжу на ее машине и наберу очков своим ответственным и аккуратным вождением. Я была против, потому как у меня в планах было накатить бокал вина вечером, и разве не может ее просьба подождать до завтра, потому что я с ног валюсь и ни за что не стану сейчас бесцельно кружить на ночным улицам, только чтобы у Джейн рейтинг вернулся в норму. Почему бы ей не поехать сейчас к отцу и не попросить его накрутить мили на ее тачке, ведь у нее же два родителя, в конце концов, но Джейн эту идею отвергла. Более того, она начала топать ногами, хлопать дверьми и стенать у себя в комнате, за что ей такое наказание и почему все к ней так несправедливы, так что пришлось мне сесть за руль и покружить по окрестностям, все лучше, чем слушать ее причитания.
