В ответ на ввод советских войск западные спецслужбы организуют и вооружают из местного населения группы террористов, которые нападали на русских солдат, убивая их из-за угла в спину, устраивая взрывы автомобилей и казарм. Деятельность бандитов хорошо оплачивалась из различных «демократических фондов», возглавляемых американскими «специалистами» типа 3. Бжезинского. Подпольное радио обращалось к девушкам и молодым женщинам с призывом к компрометации русских военнослужащих «как насильников». В некоторых местах к солдатам, находившимся в одиночных нарядах, подъезжали автомашины, из которых выходили обнаженные женщины и обнимали их, а прятавшиеся рядом зарубежные корреспонденты фотографировали «акт насилия».
В одном из населенных пунктов русский солдат спас упавшую с моста в реку пятилетнюю чешскую девочку. Около полусотни жителей, в том числе и родители девочки, видели все это, восхищались поступком солдата и сердечно благодарили его. Однако подготовленные западными спецслужбами провокаторы превратили этот благородный поступок русского воина в «убийство». Они выпустили фотолистовку с изображением поселковой улицы и огромного венка цветов на булыжнике мостовой и надписью: «Здесь от руки советского солдата-оккупанта погибла пятилетняя девочка. Проклятье! Месть!»[107]
Запад, потерпевший в Чехословакии сокрушительное поражение, обрушился на Россию с лживыми обвинениями в нарушении демократии и суверенитета. Западные средства массовой информации стали распространять сочиненные специалистами из ЦРУ сведения о так называемой доктрине Брежнева, якобы разработанной советским руководством в отношении восточноевропейских стран, предполагающей «ограничение их суверенитета». Распространение этих лживых измышлений преследовало цель посеять вражду и недоверие между Россией и восточноевропейскими странами.
Спровоцированное американским руководством ухудшение отношений России с Китаем стало одной из главных страниц холодной войны. Искусно используя противоречия, возникающие между СССР и Китаем, ЦРУ и американская закулисная дипломатия сумели столкнуть и развести в разные стороны потенциальных стратегических союзников, получив в результате важные политические преимущества для США. Никсон и Киссинджер целенаправленно углубляли советско-китайские разногласия, «размахивая перед Китаем приманкой экономического, технического и даже военного сотрудничества и одновременно отказывая в сотрудничестве Советскому Союзу»[108].
В 60—70-е годы ЦРУ проводит тайную операцию, чтобы запугать Китай угрозой ядерного удара со стороны СССР. В средствах массовой информации Запада публикуются сфабрикованные американскими спецслужбами сведения о готовности СССР нанести упреждающий ядерный удар по Китаю. Конечно, главной задачей ЦРУ было стремление подтолкнуть Китай на сотрудничество с США, что и было в дальнейшем достигнуто путем тайных переговоров.
В свою очередь США запугивали советское руководство угрозой нападения Китая, предлагая Брежневу объединиться для совместного противостояния «китайской угрозе».
Во время войны во Вьетнаме представители США вели неофициальный зондаж настроений советского руководства, пытаясь выяснить, как бы оно отнеслось к удару американской стратегической авиации по китайским объектам, связанным с производством ядерного оружия. Позднее Киссинджер писал в своих воспоминаниях, что Брежнев во время встречи с Никсоном в 1974 году якобы предлагал ему совместные действия против Китая.
Киссинджер любил вспоминать, как удачно он в то время разыграл «китайскую карту», проводя вероломную политику – предлагая СССР помощь США против Китая и то же самое Китаю против СССР. Самое главное, что это понимали и советские руководители. Один из советников, ответственных за провальную политику советского руководства в отношении с Китаем, Г. Арбатов писал, что США стремились «использовать остроту советско-китайских отношений, чтобы, нормализуя отношения с КНР, ослабить советские позиции для „торга“ (т. е. для переговоров), прежде чем начинать с нами серьезный диалог»[109].
Летом 1971 года Киссинджер провел переговоры в Пекине и достиг соглашения о проведении китайско-американской встречи в верхах в 1972 году. Это соглашение показало, что советская внешняя политика в отношении Китая потерпела крах. У советского руководства это вызвало чувство шока. Требовалось немедленно убрать с политической арены деятелей, которые завели внешнюю политику страны в тупик. Но вместо этого политическое руководство продолжало ту же опасную для национальных интересов России политику. Уже упомянутый мной Арбатов написал статью в «Правду», где пытался убедить общественность, что «ничего трагического не произошло», что «нет оснований опасаться угрозы антисоветского союза»[110], хотя именно это и произошло. Политическое руководство страны, консультируемое подобными «советниками», походило на страуса, скрывавшего свою голову в песке.
