«…К настоящему времени выявлены, разведаны и предварительно оценены крупные запасы полезных ископаемых, потенциальная денежная ценность которых в текущих мировых ценах составляет около 30 трлн. долл. Из них 32,2 % приходится на долю газа, 23,3 % — на уголь и горючие сланцы, 15,7 % — на нефть, 14,7 % — на нерудное сырье, 6,8 % — на черные металлы, 6,3 % — на цветные и редкие металлы и 1,0 % — на золото, платину, серебро и алмазы. (Данная оценка — одна из многих и не претендует на точность. Это обусловлено разными обстоятельствами, в том числе и такими очевидными, как подверженность мировых цен на минеральное сырье резким и часто непредсказуемым изменениям.)
Значительно выше (140,2 трлн. долл.) оценивают прогнозный потенциал. В его структуре полностью доминирует твердое топливо (79,5 %), далее следуют газ (6,9 %) и нефть (6,5 %). На долю всех остальных видов полезных ископаемых приходится в совокупности 7,1 %. Такое разительное отличие от структуры балансовых запасов обусловлено в первую очередь колоссальными, несопоставимыми с другими полезными ископаемыми по величине геологическими запасами углей на территории России (главным образом — восточнее Урала — А. П.),
Необходимо подчеркнуть, что собственно величина запасов, даже подготовленных к промышленному использованию, играет довольно ограниченную роль. Во-первых, опережающий рост внутренних издержек на освоение и эксплуатацию месторождений (в связи с переходом на мировые цены — А. П.) неизбежно ведет к уменьшению балансовых запасов, и наоборот…».
Тут необходимо пояснение. Под балансовой стоимостью понимается вероятный доход — то есть сколько мы получим от продажи этих ресурсов по мировым ценам. И все дело идет к тому, что дальние месторождения углей, например, потребуют на разработку и добычу больше, чем дадут выручки. То есть их не удастся добыть! Для наших горнодобывающих организаций, похоже, оказалось сюрпризом, сколько же они тратят на добычу и сколько стоит добытое — по мировым ценам. Вполне возможно, что разведанные запасы сейчас уже правильнее оценивать в 5–10 трлн. долларов, а прогнозные — не дороже разведанных. Авторы приведенной оценки об этом не говорят прямо, но недвусмысленно намекают!
Ориентировочные сведения об основных видах собственных запасов полезных ископаемых Российской Федерации представлены в табл. 2, приведенной там же. Расчет проведен, исходя из уровня добычи 1991 г.
| Ископаемые | Количество лет |
|---|---|
| Нефть | 35 |
| Природный газ | 81 |
| Уголь | 60–180 |
| Железные руды | 42 |
| Ниобий | 43 |
| Медь | 40 |
| Никель | 40 |
| Молибден | 40 |
| Вольфрам | 37 |
| Цинк | 18 |
| Свинец | 15 |
| Сурьма | 14 |
| Золото россыпное | 12 |
| Золото коренное | 37 |
| Фосфаты | 52 |
| Калийные соли | 112 |
Ну и что мы будем делать через 35 лет, когда нефть кончится? Попросим обратно ту, что за границу прокачали? И чем платить будем?
Данные в разных источниках, и даже в одном источнике, как здесь, довольно противоречивы. В популярной же прессе встречается оценка наших ресурсов даже в 400 триллионов долларов. Такой разнобой оценок — очень грозный признак. Где рассказы об этих «циклопических богатствах» мелькают? В СМИ. А кому СМИ принадлежат? Случайно не сырьевым экспортерам? А не наглое ли вранье эти оптимистические оценки?
