Объединение ряда стран в G7 позволяло устранять финансовые противоречия между ними при перераспределении доходов остального мира. РФ не допускали в финансовую деятельность G7, так как её финансы находились в подчинённом положении. В настоящее время Россия продолжает движение к суверенным финансам без разрыва с мировой экономикой.
Современная позиция РФ по международным проблемам является не только ответственной и корректной, но во всё большей мере транспарентной и активной.
Участники мировой торговли также ждут от Российской Федерации повышения транспарентности при реализации российской стратегии в сфере мировой экономики и в мировых финансах.
Транспарентности не столько в содержании деклараций, сколько в методах, в объектах, в степени решимости РФ в ходе реализации её стратегии для достижения своих приоритетных целей. В последнее время (июнь 2018 года) звучала заинтересованность Президента США и правительства Италии в возвращении РФ в состав стран G7 (стран “Большой семёрки”).
Ситуация с составом “Большой семёрки” плюс РФ (G7+1) или без РФ требует дополнительного прояснения позиций сторон, главным образом, Российской Федерации. В этой связи напомним, что ранее РФ была приглашена в состав стран G7 в качестве участника обсуждения и поиска решений политических проблем.
При этом основной центр усилий в деятельности G7 находится в сфере финансов. Изначально G7 и была создана для урегулирования финансовых проблем между странами-участницами G7, чтобы не доводить дело до политических конфликтов и валютных войн между ними.
На финансовые саммиты стран G7, в которых участвуют министры финансов и руководители Центробанков стран G7, представителей от РФ в качестве полноценных участников не приглашали. Исключением были совместные саммиты G7 с МВФ для обсуждения конкретных тем, на которые приглашались финансисты из других стран, в том числе из РФ.
В этой связи удивительно было наблюдать, как действующий на тот момент министр финансов РФ направлялся в МВФ для отчётов о выполнении их “рекомендаций”, а его визиты в МВФ подавались в СМИ как полноценное “участие в работе финансовой G7”.
Для объективности уточним, что финансовая система РФ не могла и до настоящего времени ещё не может восприниматься участниками финансовой G7 как равноправный партнёр.
К сожалению, финансовая система РФ продолжает находиться в положении финансового “доминиона” империи доллара США, а в методологическом плане продолжает исполнять рекомендации экспертного пула, ментально близкого МВФ.
Соответственно, возвращение РФ в G7 в половинчатом, иначе говоря, опять только в политическом варианте бессмысленно, что и зафиксировано в позиции российской власти по отношению к возвращению в G7 (G7+1).
Более того, России нет смысла участвовать в финансовой G7 без проведения назревших изменений в самих российских финансах, то есть без превращения их в суверенную финансовую систему, имеющую собственный потенциал для развития отечественной экономики.
Недостаток методологически корректных решений в финансах РФ самым явным образом проявляется в отсутствии инвестиционного цикла в российской экономике на базе национальной валюты (рубля), что и сигнализирует о незавершённости в построении полноценной, а значит, суверенной финансовой системы РФ.
Подтверждением слабости финансовой позиции Российской Федерации, но уже на международном уровне было бы декларирование на саммитах G7 в той или иной форме пожеланий в сфере финансов, которые публично были бы адресованы США.
Принять подобные “пожелания” со стороны власти США не могут по двум причинам. По формальной причине, так как финансовую политику в США формирует ФРС, и по основной, фактической причине – США и не собираются отказываться от получения бонусов со всего мира, что и проявляется в динамике долларовой массы, по сути дела, в дальнейшей эмиссии долларов.
При этом США всегда будут декларировать “крепость” доллара и его прекрасные перспективы по сравнению с другими валютами. Иными словами, на отказ от своих бонусов США добровольно не пойдут и будут воспринимать любые пожелания в свой адрес по финансам либо как провокацию, либо как слабость, подтверждающую отсутствие значимого потенциала самостоятельного развития “вопрошающих” вне их империи доллара.
Максимум, что могут позволить США другим, ими выбранным странам, так это соучастие в получении разрешённой им части общих бонусов от мировой экономики посредством использования финансовых технологий. Подобные совместные решения о разделе бонусов как раз и согласовались ранее на финансовых саммитах G7.
А в условиях сокращения общих бонусов для стран G7 и при твёрдой позиции Президента Д.Трампа по защите интересов США состоится, возможно, перераспределение активов и самих стран-участниц G7.
Напомним об одном из известных давних решений “Большой семёрки” – о создании так называемой “валютной змеи”. Суть данного решения состояла в сохранении соотношений курсов валют стран G7 относительно друг друга при значительной эмиссии валют данных стран, в частности, долларов США.
Поддержание относительно стабильного соотношения курсов валют самих стран G7 стало методом устранения возникающих диспропорций в торговых отношениях между данными странами.
