Opus magnum Е.А. Просвирнина (1986–2021) — политическое завещание, подводящее итог всей работе русского публициста
Судя по переписке с автором в русском национальном мессенджере Telegram, следующий ниже текст был закончен в апреле 2021: вероятно, к приближавшейся тогда первой годовщине всеамериканского бунта движения BLM (Black Lives Matter — «чёрные жизни имеют значение», слоган, актуализировавшийся после гибели афроамериканца Джорджа Флойда от ног белого полицейского Дерека Шовина 25 мая Чумного Года).
К сожалению, данное эссе — по широте охвата сравнимое с подлинной монографией — так и не увидело свет при жизни создателя, видного русского журналиста и медиа-менеджера Егора Просвирнина (1986–2021). Возможно, потому, что для итоговой публикации потребовалась бы добивка ссылочным аппаратом, сравнимым по объёму с самим телом текста. Например, «американский грант карликам-гомосексуалистам» — один из гвоздей сюжета — был не шуткой автора-злословца, а аллюзией на реальный гуманитарный проект США в Уганде (где, вероятно, в качестве адресатов имелись в виду местные пигмеи из народности тва; однако же, согласитесь, «карлики-гомосексуалисты» — куда более яркий, почти набоковский образ, нежели, хм, «ЛГБТ-пигмеи»).
Вычитывая эссе, мы старались наипаче бережно относиться к авторскому стилю (так, в некоторых местах он пишет «колГозники» — это не баг, а фича), ограничившись лишь исправлением наиболее чевидных чепяток, разбиением больших неудобочитаемых абзацев на малые, а всего текста — на двенадцать глав.
Итак, вашему вниманию — последнее большое произведение Егора Александровича, при жизни взявшего себе nom de guerre «Погром». Авторский гонорар был полностью перечислен родным покойного на организацию приличествующих похорон.
В тексте содержатся обороты, какие иная публика может посчитать оскорбительными (в частности, «х»-слова, «ж»-слова, «н»-слова и другие). В связи с чем считаем важным подчеркнуть: Публикаторы осуждают любые формы экстремизма, выступая против оскорблений и разжигания ненависти — и те самые слова требуются лишь для того, чтобы погрузить любезного читателя в контекст гендерно-расовой войны, разворачивающейся сейчас в Первом Мире.
Причины, по которым Америка медленно умирает, аналогичны причинам, погубившим Российскую Империю. Система, выстроенная вокруг одного управляющего принципа и прекрасно работавшая несколько столетий, «взламывается» претендующими на политическое и культурное господство интеллигентами, которые, добиваясь всё новых и новых уступок, в итоге меняют систему до неузнаваемости. Затем всё рушится.
В случае Империи управляющими принципами были иерархия, лояльность и меритократия. Чем более высокое социальное положение вы занимали в Империи, тем больше у вас было прав, и ещё больше — обязанностей. Лояльность гарантировало попадание в наследственную аристократию на высших уровнях иерархии. Вам невыгодно было ломать Империю сиюминутными капризами — вы несли ответственность как перед своими предками, так и перед своими потомками. Наконец, меритократия давала шанс каждому талантливому и работоспособному русскому попасть в элиту Империи.
Участие «общества» (то есть просто каких-то людей, которые тут родились, живут и на этом основании чего-то требуют) в решении судеб России было исключено самим дизайном системы.
Шанс попасть в государственную элиту был у каждого — но права управлять государством просто за то, что вы есть, не было ни у кого. Даже потомки старой аристократии не имели права на власть по умолчанию — у них были лишь чуть более выгодные стартовые позиции. «Захудалый род», «выродившаяся фамилия», «дурак-наследник, растративший экономические и социальные капиталы многих поколений предков» — обычная для Империи история. Хочешь во власть — много учись, ещё больше трудись, крути педали изо всех сил, иначе никакое, даже самое благородное происхождение, тебе не поможет. Эти нехитрые принципы обеспечили формирование исключительной национальной элиты, немыслимо компетентное государственное управление и, в конечном итоге, превратили русских в величайший народ Европы.
Затем настала пора промышленной революции, возникло массовое высшее образование, а с ним — и разночинцы. Достаточно умные, чтобы поступить в университет, но недостаточно умные, чтобы университет закончить (начав карьеру на госслужбе, открывавшую путь в элиту).
