Они поднимаются по ступеням и пугаются, когда что-то со спутанным полосатым мехом несется прямо на них с визгом и обнаженными желтыми клыками (Гнилой Желток). Они оба подскакивают. Животное уже в метре от них, но его отдергивает назад натянувшаяся цепь. Обезьяна.
― Боже правый, ― произносит Кирстен, прижимая руку к грохочущему сердцу.
Несмотря на то, что прикована к колонне, обезьяна все равно пытается добраться до них, издавая недовольные громкие звуки. У обезьяны натерта шея от ошейника: кажется, в этом доме часто бывают гости.
― Вот и твоя охранная система, ― замечает Сет.
Они стучат в дверь. Кирстен отчаянно хочется вымыть руки, она размышляет, если ли в доме водопровод. И, если у них есть водопровод, будет ли это уместно, просить разрешения им воспользоваться? Она не уверена, как себя вести в подобного рода ситуациях. Она будет
улыбаться и мило попросит, надеясь, что не нарушить протокол. Позади двери слышатся шаги, и мужской голос произносит:
― Да?
― Я ищу Абеджайд, ― отвечает Сет. ― Абеджайд.
Дверь открывается, но внутри не горит свет и не доносится ни звука. Они принимают это за разрешение войти, и как только они переступают через порог, дверь захлопывается, и их прижимают к стене, зажав им рты ладонями, пропахшими дымом, а у их головы щелкают пистолеты.
Кто — то щелкает выключателем, и Кирстен бомбардируют изображения комнаты. Кадмий пылает вокруг пяти блестящих, мускулистых мужчин: темнокожие, лоснящиеся, как тюлени. На них надета легкая, запылившаяся одежда, на предплечьях красуются полоски из меха диких животных, на груди кожаные безделушки, а в руках у них самые большие автоматы, которые Кирстен только видела в своей жизни. Только двое наставляют на них свое оружие: Кирстен предполагает, что двух АК–47 вполне достаточно.
Самый молодой из них обыскивает их и забирает пистолет Сета. Он выглядит смущенным, когда видит кровь на джинсах Кирстен. У нее возникает беспричинное желание сказать ему, что кровь не ее, но у нее зажат рот. Он вырывает инсулиновый набор из ее руки, обнюхивает его и бросает на пол. Она начинает протестовать, и дуло пистолета упирается прямо ей в ребра. Сет слегка напрягается в руках удерживающего его мужчины. Не слишком сильно, чтобы его застрелили, но и не слишком слабо, чтобы его сбрасывали со счетов.
— Что у нас тут? — спрашивает мужчина.
— Парочка белых червей, — отвечает другой. Он произносит последнее слово как «чер-ВЕЙ».
— Ты коп? — спрашивает он Сета, убирая свою руку, чтобы дать ему ответить.
Животные зубы на его кожаном ожерелье постукивают друг о друга, посылая в сторону Кирстен небольшие круги. Сет смеется.
— Я думаю, все знают, что копы не суются в Маленький Лагос.
Мужчина отрывисто смеется и оглядывается на своих коллег. Они зубоскалят. Этот момент быстро заканчивается: как только он перестает улыбаться, другие перестают тоже.
— Тогда, кто ты, бл*ть, такой? — спрашивает он.
— Панк, — отвечает один из мужчин. — Ебанный панк пришел устраивать нам проблемы.
Сет видит, что говорящий опасен: находится под воздействием чего-то — тик? «Найопи»? «Белый Лобстер»? — он не способен сдержать свои дерганные телодвижения. Не совсем то, чего хочется от мужчины, наставившего огромную пушку тебе в лицо. Кирстен чувствует, что он убил множество людей. «Испытывает жажду крови», — думает она. Она практически чувствует от него теплый красный металлический запах.
Мужчина в ожерелье из зубов, вероятно, лидер, прищурившись смотрит на Сета. Он вытаскивает охотничий нож из ножен на бедре и проводит им по лицу Сета, а затем проводит им по его одежде.
— Думаю, нам стоит снять с него шкуру, — предлагает тот, что склонен к насилию, чуть ли не подпрыгивая на месте. — Снять с него шкуру и скормить его долбанным гиенам.
В разговор вклинивается другой:
— Они голодны. На этой неделе не получали своих курочек.
— Ты знаешь, что это значит? — спрашивает он Кирстен, облизывая губы. — Это значит, что они съедят вас вместе с костями. Хрусть-хрусть!
Кирстен пялится на него.
— А что в этой маленькой ценной коробочке? — спрашивает придавливающий ее мужчина, пинком отправляя инсулин лететь через комнату. Другой мужчина останавливает набор ногой, как будто это футбольный мяч. Она снова пытается возразить, но начинает чувствовать головокружение, а запах руки мужчины у ее ноздрей искажает ее зрение.
— Я скажу тебе, что это, — произносит безумец, поднимая ногу. Сет пытается шагнуть вперед, но его отбрасывают обратно к стене. Мужчина прыгает на сумку всем своим весом. — Это осколки!
Он смеется.
Рот Кирстен наполняется слюной. Она пытается предупредить, но слишком поздно, и вскоре горячая рвота льется через пальцы ее стража, через ее нос, и она сгибается пополам.
Мужчина смотрит на нее в ужасе и пятится назад.
— Ты подцепила Бактерию.
— Нет, нет, — говорит она, качая головой, — я не больна, — и ее снова рвет.
Другой мужчина тоже делает быстрый шаг назад.
— Вы принесли злую магию в этот дом, — говорит он. Другие выглядят обеспокоенными, их пальцы танцуют на курках.
