Засуха. Иссохшая земля покрыта трещинами. Последние уцелевшие веточки травы пожелтели, иссохли и вот-вот погибнут. Но яростное жжение солнца утихает. Небо заволакивают тучи и потоки воды заливают землю. Там, где минуту назад были лишь уродливые трещины, сейчас набухают ростки трав, и вот уже наутро пустыня покрыта пестрым ковром цветов. Как прекрасно пел древний поэт: «Ты посещаешь землю и утоляешь жажду ее, обильно обогащаешь ее: поток Божий полон воды; Ты приготовляешь хлеб, ибо так устроил ее; напояешь борозды ее, уравниваешь глыбы ее, размягчаешь ее каплями дождя, благословляешь произрастания ее; венчаешь лето благости Твоей, и стези Твои источают тук, источают на пустынные пажити, и холмы препоясываются радостью; луга одеваются стадами, и долины покрываются хлебом, восклицают и поют» (Пс. 64, 10-14).
Так происходит в природе. Но то же случается и с сердцем человека, принимающего боготворящее Крещение. Без Бога душа похожа на пустыню. Суета заедает человека и сменяется она лишь тоской. Наслаждения, казавшиеся вечными, чрез минуту превращаются в муки похмелья. Люди, на которых ты полагался, предают, и предают именно в тот момент, когда они больше всего нужны. Деньги, на которых возлагалось все упование, обесцениваются в очередном дефолте. Да если они и есть, то наступают ситуации, когда не могут принести они никакой пользы. Те идеи, которые ты считал целью своей жизни, не могут помочь тебе ни в день бедствия, ни тем более в день смерти твоей. И оказывается бессмертная душа у разбитого корыта. Как в кошмарном сне, ты бежишь, а все двери закрываются перед тобой, все нити рвутся у тебя в руках, все то, что ты считал важным, – оно-то и губит тебя. Покоя ищет человек, а находит лишь суету, заботу и морок, обольщающий его ложной надеждой, а расплачивающийся истинной скорбью. Грехи молодости вдруг ударяют в старости. Прошлое становится беспощадным прокурором.
Но и все силы человеческого духа разболтаны. Ум беспокойно ищет непоколебимой основы, но видит, что остается ему лишь туман, знания, оказывающиеся ложью на следующий день. Воля не знает на чем ей остановиться хочет человек одного, думает о втором, а делает третье. Чувства искажены, и как пьяный, ты любишь то, что должно ненавидеть, а ненавидишь то, что надо любить. И ты кричишь: «Я погряз в глубоком болоте, и не на чем стать; вошел во глубину вод, и быстрое течение их увлекает меня». Но никакой человек не может помочь тебе.
И тогда мудрый человек, понимая, что только из-за пределов мира может прийти его спасение, восклицает: «Боже! Ты Бог мой, Тебя от ранней зари ищу я; Тебя жаждет душа моя, по Тебе томится плоть моя в земле пустой, иссохшей и безводной, чтобы видеть силу Твою и славу Твою, как я видел Тебя во святилище: ибо милость Твоя лучше, нежели жизнь» (Пс. 62, 2-4).
Как замечательно бывает, когда человек понимает, что только в Боге может найти себе покой, еще не дойдя до дна и не испытав всех бед безбожного жития. Но лучше прийти к Богу хотя бы потеряв все, кроме жизни, чем уйти из нее без участия в вечном Бытии.
И вот, человек осознав свое бессилие перед лицом разъедающей его смерти, вдруг узнает, что есть выход в его метаниях. Животворящий поток бессмертия готов омыть его душу и дать ей вкус Вечного Бытия. Бог готов снять с глаз человека покрывало мрака и дать увидеть мир в его настоящем виде без одуряющей атмосферы субъективности. И многие действительно прибегают к водам святого Крещения, справедливо называемого боготворящим, потому что в нем, как в таинственной мастерской из человека получается сын Бога.
Оно, по словам свят. Григория Богослова «есть пособие в нашей немощи, отложение плоти, последование Духу, общение с Словом, исправление создания, потопление греха, причастие света, рассеяние тьмы. Просвещение есть колесница, возносящая к Богу, сопутствование Христу, подкрепление веры, совершение ума, ключ царства небесного, перемена жизни, снятие рабства, разрешение от уз, претворение состава. Просвещение есть лучший и величественнейший из даров Божиих». Принявший его человек получает новые органы чувств души и у него все становится на свои места. Ум получает силу к целостному мышлению. Сердце очищается от груза прошлого. Душа получает силу к неземному покою и вечной радости. Человек впервые слышит не осуждение, а одобрение совести.
