«Дилетанты», — с досадой подумала Гермиона, делая глоток. У Паркинсон настолько примечательный голос, что никакое оборотное не поможет. Узнавание подстегнула общую нервозность Гермионы, которая каждые пару минут напоминала себе, что все участники постановки подписали соглашение о неразглашении. Оставалось надеяться, что остальные актеры будут более профессиональны.
— У тебя сегодня плотный график, — продолжила ассистентка, на ходу перебирая кипу пергаментов. — Сначала проба грима и примерка костюма темной эльфийки. Потом фотосессия для постера «Дрянной библиотекарши». И в конце дня кастинг у самого Пьера Вудмана, точное время сообщу позже. Для начала тебя ждут в павильоне «Шальная императрица», остальное — смотри в расписании, — сказала Паркинсон, с излишне-жизнерадостной улыбкой протягивая Гермионе свиток и пузырек с Оборотным зельем. — Не забудь про регулярный прием косметической микстуры. Нужно сделать два глотка, когда услышишь пение птичек, я выставила на флаконе таймер.
— Благодарю, — вежливо ответила Грейнджер и сразу же направилась на встречу первому приключению.
На входе в костюмерный павильон ее ждал парень откровенно креативного вида. Его длинный шелковый халат с психоделическим рисунком был распахнут, являя окружающим очень странные белые штаны — Гермиона сразу вспомнила мультик про Алладина. На смуглой груди болталась куча подвесок всевозможных форм и расцветок, сопровождая каждое движения владельца перезвоном. Весь облик парня кричал об общении с высшими сферами путем неконтролируемого употребления конопляного масла.
— Привет, красотуля, — он манерно чмокнул Гермиону в обе щеки. — Будем знакомы, — он отступил на пару шагов и принял пафосную позу. — Я — твоя фея-крестная, превращающая домохозяек в повелительниц эрекции. Заклинатель вульгарного макияжа, укротитель развратного шмотья и просто великий творец — Бейлиз Гамбини!
Возможно, мулат ожидал, что Гермиона разразиться бурными овациями или диким хохотом, но она лишь вежливо протянула ладонь для рукопожатия.
— Приятно познакомиться, Нора Живоглот.
Бейлиз с озадаченным выражением лица протянул свою ладонь навстречу и потряс ее руку в женском рукопожатии.
— О, я знаю, кто ты, кисонька, — ответил он, сложив губки недовольным бантиком, — но не ожидал, что ты умеешь замораживать взглядом.
А Грейнджер не ожидала от павлина Забини такого уровня самоиронии. Или он не знает об этом персонаже?
— Что ж, сделаем из тебя пылкую штучку, — сказал Гамбини.
Он поманил ее в дебри павильона, похожего на свалку нарядов. Груды одежды всех цветов и фактур превращали обычную прогулку до гримерки в самую непредсказуемую экскурсию. Гермиона мысленно начала примерять на себя калейдоскоп образов. Яркие стразы, перья и блестки превращали ее в игривую бурлеск-танцовщицу. Мало что скрывающие боди из сетки и веревки для шибари шептали о прелестях власти и подчинения. Рядом с готическим платьем вампирши висел наряд шаловливой медсестры. Костюм пожарного соседствовал с неприметной мантией ботаника-задрота. Необъятное сборище самых горячих фантазий, океан сексуальных предпочтений, в котором можно свободно плавать, не опасаясь коварных айсбергов осуждения.
— Лапуля, поторопись, — окликнул ее Бейлиз, уже стоявший возле заваленных всевозможными склянками гримерных столиков и зеркальной стенки.
Гермиона с легким сожалением покинула царство образов и приблизилась к Гамбини, который с энтузиазмом смешивал содержимое безымянных флаконов.
— Какой у нас план действий? — настороженно осведомилась она.
— Для начала подберем цвет кожи для твоей темной эльфийки. Присаживайся — он указал на стул возле столика, — и сними кофту, я буду делать тест-полоски в зоне декольте.
— А чем не подходит моя кожа? — спросила Гермиона, оставляя сумку в углу и присаживаясь на краешек стула. — Слишком бледная?
— Слишком бежевая, — Гамбини горестно воздел руки к небу. — Мама мия, Нора, неужели слухи врут? Ты же всегда так дотошно готовишься к съемкам! Как ты могла не знать, что дроу — серо-сине-фиолетовые? — шокировано посмотрел он на Гермиону.
Грейнджер неожиданно смутилась и поудобнее устроилась на стуле.
— Это. эта краска не опасна? — она поскорее сменила тему.
— Ты что, никаких канцерогенов, исключительно био-органик-виталити! — озабочено всплеснул руками Гамбини. — Ты же будешь покрыта ей вся. Буквально — вся — многозначительно добавил Гамбини, поигрывая бровями. — С гордостью скажу, что это моя личная разработка — сексоустойчивая краска. Мы же не хотим, чтобы в самый жаркий момент твоя попка вернулась к изначальному цвету и разрушила порнографическое волшебство? — пошловато улыбнулся Бейлиз.
Гамбини нацепил защитные очки, лабораторный халат, а следом — длиннющие резиновые перчатки. Затем он подхватил несколько флаконов подозрительных оттенков и направился к Гермионе, которая пристально следила за каждым движением этого сумасшедшего профессора — рок-н-рольщика.
— Попробуем несколько вариантов, — он расставил флаконы и окунул широкую кисть в первый. — Так-с, ну-ка посмотрим, цвет синего гоблина.