Едва стих стук сандалий Алиаса, как Сивен обессиленно откинулся на ложе и простонал:
— Проклятье…
— Наглец, — сказала Элса.
— Конечно, наглец! Безродный выскочка! Ты глянь на него — он уже скорее козопас, чем гражданин… Тоже мне, Голос Империи! И тычет, сука, мне своей Арнской канцелярией! Мол, у него свое начальство! Как будто не моей подписью утверждалось его назначение! Выродок! — вновь начал бушевать Сивен.
Прибежали слуги и принесли разом пять кувшинов вина. Сразу нескольких сортов, боясь не угадать. Не глядя, Сивен схватил ближний и присосался к нему, походя пнув в живот раба, чтоб убирался. Запрокинув голову, он жадно пил вино, не обращая внимания на струю, которая лилась ему на грудь.
— Наглец — это ты, Сивен Грис! — холодно сказала Элса.
Наместник закашлялся, вино пошло не в то горло, и он вылил почти половину кувшина на себя.
— Ты что, думал, я не узнаю? — продолжила женщина, с презрением глядя на мокрое жирное тело супруга. — Что такое должно было случиться, чтобы наместник поднял свою толстую, набитую дерьмом задницу, дошел до архивариуса и велел ему лично нести на стол все утренние, дневные и вечерние сообщения с голубятни? Говорили, что ты порывался забраться на башню архива, к этому выжившему из ума голубятнику. И все это именно в тот день, когда состоялось нападение?
Супруг затравленно посмотрел на разъяренную супругу. Мало кто знал, но когда-то именно деньги ее семьи, почтенного рода Эттик, позволили ему стать наместником. А когда Элса Эттик находилась в таком состоянии, почему-то первым делом вспоминалось это.
— А за месяц до этого я рассказала тебе, как разъезд дорожной стражи поймал во время налета на караван оборвышей-горцев. Племя гворча… Которых, как я позднее узнала, таинственным образом отпустили…
Элса встала с ложа и потянулась. Сивен тоже начал подниматься, но жена неожиданно сильным толчком ладони в грудь опрокинула его обратно.
— О чем ты вообще думал?
— Алиас Фугг — не мой человек, — тонким голосом сказал Сивен. — Он до сих пор верен Вексу Кнею, хотя того давно уже съели черви. Он не подчиняется мне! Он не человек Торгового союза, но и Лиге меча он не служит! Я не знаю, чего от него ждать! Я нанял этих гворча и направил туда…
— Сам? — спросила Элса.
— Через брата… У него есть люди, — замотал головой Сивен. — Все должны были решить, что это горские дела, а имперского чиновника убили случайно. Я думал убрать Алиаса, прибить калеку, получить здорового наследника и стребовать чего-нибудь с рекса Рокона за убийство Голоса!
— Ты плохо думал. — Остренький ноготок уперся в красную от вина мокрую щеку Сивена.
— Так ты все знала! — воскликнул Сивен, защищаясь. — И ничего не сделала, не остановила!
— Не остановила, — кивнула супруга. Она задумчиво чертила что-то ноготком на щеке Сивена. Тот боялся пошелохнуться. — Этот дурацкий закон о единственном наследнике для меня тоже стал неожиданностью. А твой план был неплох, — неожиданно сказала Элса, забирая из ослабевшей руки супруга ополовиненный кувшин и ставя его на столик.
— У меня нет своих людей в горах, а здесь я могу достать этого выскочку… — прошептал Сивен, наблюдая, как Элса снимает через голову свое легкое одеяние.
Та отбросила одежду и провела руками по своему обнаженному телу. Сивен громко сглотнул.
— У тебя есть люди в горах, светлейший, — промурлыкала Элса, протягивая руку к кувшину с вином, — просто ты о них не знаешь, — улыбнулась она.
— Вот только горцы гворча теперь не отстанут от мальчика, — жарко зашептала женщина, залезая на ложе к Сивену и усаживаясь на того верхом. Она подняла кувшин и вылила его себе на грудь. Отбросив пустой кувшин, она провела руками по затвердевшим соскам и сказала, склоняясь: — Горцы — они такие… Неутомимые, горячие.
И долгим поцелуем прильнула к губам Сивена.
Въезд в город начался со скандала. Точнее, с череды скандалов. У ворот города нас ждал раб. Напомаженный, ухоженный, в дорогой одежде раб-распорядитель наместника провинции.
— Кейлокк!.. — процедил через губу Йолташ, увидев встречающего. И сплюнул наземь. На языке дорча «кейлокк» означало «петух».
Кейлокк низко, но с достоинством поклонился и торжественно сообщил, что сиятельнейший наместник Сивен Грис повелевает мне ехать прямиком в Провинциальный госпиталь. Он выражает свою уверенность, что лучшие имперские врачеватели помогут наследнику верного союзника Империи, рекса земель Дорчариан, как можно быстрее исцелиться.
Остах шипел, как рассерженный кот, а я все не мог понять почему. Я дождался удобного момента и спросил:
— Что не так, Остах?
— Что не так?.. — переспросил дядька, белый от ярости. — Прислать на встречу наследника рекса — раба, этого разнаряженного петуха!
— Что, наместник лично должен был…
— Нет, — оборвал меня Остах. — Лично — нет. Но встречай нас воинский караул… или даже самый занюханный чиновник… Чиновник — часть Империи! — взорвался Остах. Хорошо, что говорили мы на дорча и в моей арендованной закрытой повозке. — А раб — это всего лишь раб!
— Так это что, оскорбление? — уточнил я.
