– Что же касается тебя, то ты передала мне ответственность за свою жизнь в тот миг, когда собралась со мной в этот поход. И теперь до того, как мы снова ступим на наш берег, ты можешь говорить что угодно, но это не изменить.
– Это из-за того, что я еще маленькая? – на глазах девочки навернулись слезы, но Олег неожиданно лишь больше разъярился.
– Ты что, меня не слушала? Да плевать мне на твой возраст! Ты можешь быть хоть столетней ведьмой, хоть распутной бесприданницей – мне все равно! Я знал, что ты не можешь выжить в Нави, но взял тебя с собой. Это мое решение, я отвечаю за него и, соответственно, за тебя. Вот и все! Понимаешь?
– Понимаю, – слезы на лице Насти неожиданно сменились широкой улыбкой, притом девочка сама не смогла бы объяснить, с чего это она так обрадовалась. Ведь не в том же было дело, что кто-то впервые прямо сказал, будто воспринимает ее не как ребенка, а как личность.
– Тогда бери этого зеленопуза, – Олег выдохнул и кивком указалдевочке на маленького водяного, – и выбирайся на берег. Только не забудь окунуться с головой, чтобы смыть с себя все частицы Нави. Вроде бы преследовать нас тут некому, но лучше до встречи с водяным-папой не привлекать лишнего внимания.
И, подавая пример, почтарь первым прыгнул в воду, предварительно, правда, щелкнув по ладанке с искрой. Следом за ним отправилась Настя – девочка неожиданно испугалась, что маленький водяной может выскользнуть из рук и сбежать, но тот лишь покрепче вцепился в ее жилет, словно опасаясь, что снова останется один.
– Пара минут, сейчас лодку соберу, – Твердята деловито подтащил свое сокровище к берегу и, со свистом спустив воздух, принялся бережно его сворачивать.
– Не торопись, – кивнул ему Олег, – раз уж мы вернулись, я как раз хотел вам рассказать о том, что заметил в той ловушке у болота.
И почтарь в двух словах поведал о своих открытиях – о том, что использовались его ингредиенты и что с похищением почти наверняка связан сотник.
– Не поверят, – яростно тряхнул головой Твердята, даже отложив в сторону ставшую плоской и какой-то немного жалкой лодку. – Даже с твоей репутацией одного рассказа будет мало, чтобы тебе позволили ударить в колокол. А без этого сотник даже отвечать ничего не будет на твои обвинения.
– Почему же, ответит. Попытавшись убить меня, – усмехнулся в ответ Олег, а потом резко уставился прямо в глаза Твердяте. – А ты? Ты веришь мне без доказательств? Готов встать справа от меня?
– Готов, – удивив даже самого себя, резко выпалил чернобородый почтарь. Правда, уже через мгновение он смутился, задумавшись, к чему могут привести такие обещания, но Олег уже услышал то, что хотел.
– Я все понимаю, – он еле слышно усмехнулся, – но все равно рад, что хотя бы в глубине души ты веришь в то, что правда за нами.
– Может быть, толстого Яна поспрашиваем? – Твердята попробовал перевести тему разговора. – Если он передавал все князю, то наверняка найдутся бумаги…
– Которые те, кто не хочет верить, все равно проигнорирует, – покачал головой Олег. – А вот Юрий, наоборот, будет рад нашему появлению и тому, что можно будет избавиться от возможной головной боли. Ну или будет рад, когда колдун переберётся снова на этот берег идоложит, кто похитил его приманку. В общем, наш единственный верный шанс вывести его на чистую воду – это добраться до водяного.
– Тогда вперед? – Настя тряхнула своей длинной косой. Несмотря на бессонную ночь, спать девочке совсем не хотелось.
– Да, только одно дело еще осталось, – Олег придержал маленькую ведунью и повернулся к Твердяте. – Брат-почтарь, хотел сказать, что если бы не твоя лодка, то, возможно, сегодня утром ни один из нас не вернулся бы с того берега. Так что в знак благодарности я откажусь от своей доли награды, что посулит нам водяной – мне хватит лишь его ответов на мои вопросы – и Настя от своей тоже откажется. Так что начинай думать, что попросишь от болотного владыки за спасение сына.
Девочка тут же посмотрела на Твердяту и успела заметить, как тот нервно выдохнул, видимо, осознав, что награда за целого водяненыша будет выше, чем за треть. С одной стороны, Малова оценила поступок своего спутника – Твердята на самом деле им всем помог… Олег, впрочем, тоже, но он сам решил, что ему не нужна дополнительная награда. А она сама? Да, какое-то время от нее не было никакой пользы – но кто выходил того же мелкого в лодке, когда он чуть не помер с голоду? Разве это справедливо? Почему ее опять не спросили?
Настя уже невольно начала надувать губы, как Олег наклонился к ней и быстро прошептал на ухо:
– Ты тоже молодец, так что за пролитую ради общего дела кровь прощаю тебе тот золотой, что ты мне была должна.
– Но… – немного растерялась Настя, даже не придумав, что можно возразить в такой ситуации.
– И, кстати, теперь можешь всем говорить, что за твою кровь готовы платить золотом. Будет чистая правда, – почтарь хохотнул, а девочка поняла, что тоже невольно расплывается в глупой улыбке.
