– Не знаю, милая, – ответила Рода, поскольку такая нелояльная мысль уже пришла ей в голову раньше, когда она стояла, нагнувшись над раковиной по локоть в горячей мыльной воде в то время, которое по обыкновению проводила, сидя тихонько с библиотечной книжкой.
– Уж я точно ничего подобного для мужчины делать не стану, – презрительно заявила Дейдре, забыв или, возможно, отнеся к высшей категории машинопись, которой иногда занималась для Тома.
– Для Тома, думаю, станешь, – самым игривым тоном ответила Рода. – Как по-твоему, для чая не слишком рано? Мне очень не помешала бы чашечка. Твоей мамы нет дома. Они с матерью Филлис решили пройтись по магазинам. Было объявление о скидках на постельное белье в «Робинсон энд Кливер», – добавила она. – Очень и очень снижена цена на двуспальные простыни, плюс наволочки в тон.
В гостиной Рода включила обогреватель. От дождя становилось прохладно, а чаепитие, по ее представлениям, всегда должно быть уютным.
– Полагаю, вы с Томом когда-нибудь тоже будете охотиться за такими скидками, – жизнерадостно сказала она.
– Вот как? – с упрямой недоброжелательностью бросила Дейдре.
– Ты будешь скучать по нему, когда он вернется в Африку, – продолжала Рода, ища убежища в самоочевидном. – Возможно, у бедного Бернарда появится шанс.
– С кем бы я ни встречалась, когда Том уедет, это точно будет не Бернард.
– Как по-твоему, Том будет против, если ты станешь встречаться с другими молодыми людьми? – спросила Рода откровенно заинтересованным тоном.
– Ему не придется.
– Мне просто интересно, – начала Рода, расхрабрившись от второй чашки чая, – вы объявите об официальной помолвке до его отъезда?
– Крайне маловероятно. Какой в этом смысл?
– Ну, молодые мужчины и женщины заключают помолвку, – с некоторым вызовом ответила Рода. – Посмотри на Малькольма с Филлис.
Дейдре улыбнулась.
– Сомневаюсь, что у нас с Томом с ними много общего, – сказала она тоном собственного превосходства, а про себя пожалела, что общего так мало.
Какой бы современной она ни была, Дейдре не могла временами удержаться от чуть-чуть завистливых взглядов на традиционное обручальное кольцо Филлис – средних размеров сапфир, а по бокам по бриллианту – и мечтала о том, чтобы Том перед отъездом в Африку предложил ей руку и сердце. Тогда, когда он вернется, они могли бы пожениться. Совсем просто на самом-то деле, но тетке она ни за что в этом не призналась бы.
Рода, со своей стороны, надеялась, что тетка может добиться доверительных признаний, в которых отказывают матери, но тут ее ждало разочарование. Более того, когда они допили чай и Дейдре поднялась к себе, у нее осталось впечатление, что племяннице, в сущности, и дела нет, выйдет ли она за Тома. Если это так, то у бедного Бернарда остается шанс, а если не у Бернарда, то у других. Дав волю разыгравшемуся воображению, Рода уже не видела пределов романтическим перспективам в жизни племянницы.
Помыв посуду после чая, она оставила стихари отца Талливера печально капать на кухне и тоже ушла к себе, прихватив с собой шитье. Уютно устроившись в кресле у окна, она стала смотреть в сад Аларика Лидгейта.
Сосед копошился среди овощных грядок, по всей очевидности, копая картошку. Потом вышла миссис Скиннер в переднике и, держа над головой зонтик, начала срезать фасоль. Такое обыденные дело – собирать овощи к ужину, но, как и нежелание Дейдре говорить о своих чувствах к Тому, оно как будто приобрело сегодня странную значимость.
Когда они ушли назад в дом, Рода отвернулась от окна и включила переносное радио. В сравнении со всем прочим новости казались скучными и пресными.
На железнодорожный вокзал средних размеров шропширского городка Том прибыл в бесперспективное время – половине второго пополудни. Вагона-ресторана в поезде не было, а он забыл прихватить с собой сандвичи. Том поспешил прочь с платформы, поскольку ему очень хотелось избежать встречи с кем-либо, кто помнил его по детству или юности и с кем пришлось бы пускаться в непростые объяснения, чем, собственно, он теперь занимается.
– А вот и вы, мастер Том, доброго вам дня, – приветствовал его контролер. – Нечасто нам выпадает удовольствие вас видеть. Слыхал, вы были в чужих краях?
– Да, в Африке.
– Служили в армии, полагаю?
– Не совсем. – Том улыбнулся при мысли о великой любознательной армии антропологов, взыскателей знания. – Я изучал… э… обычаи одного африканского племени.
Контролер просиял.
– А… я про кое-каких туземцев наслышан. Вы выбрали удачный день для приезда, правда, правда. У нас сегодня карнавал и цветочная выставка.
– Ах, ну да, конечно. Как всегда, по четвергам, верно.
