Вместо нас уже будет кто-то
Собирать в горсти липовый цвет.
Вместо нас рассмеются, заплачут
И с болот принесут камыши.
Уходящим – одна лишь удача:
Луговое раздолье души.
Уходящих неволят рассветы,
А пришедших – лиловый закат.
Словно странники, бродят по свету
Золотистые в аль облака.
Кто их гонит? Порывистый ветер…
Что влечёт? Благодатная весть…
Есть бродяжее что-то в рассвете,
Как в закате домашнее есть.
15.09.2000.
Мужу-солдату посвящается…
1.
Навстречу встречные цветы
Бегут и просятся под ноги,
А где-то рядом, у дороги,
Есть поминальные кресты.
Немного ветрено и сыро.
А так тепла душой хочу!
И только храм зажёг над миром
Золотоглавую свечу.
Я говорить не вижу смысла,
Когда над миром – тишина,
Когда в глазах и так видна
Любовь, желанна и капризна…
Мой друг, не стоит нам грустить.
Да и молчать пока что рано…
Мы сбились с верного пути,
Что вёл нас к Богу,
Вёл нас к храму…
2.
Храм Сергия. И тульский пряник с мёдом.
Татарский хан нам больше не грозит.
А служба Патриаршая под сводом –
Небесным сводом праведной Руси.
То было, было… Куликово поле
Хранит ещё ту грозовую быль.
И даже кажется, что с человечьей болью
Колышется подветренный ковыль.
Летит под всадником разгорячённый конь,
Но не под Дмитрием Донским, как было это…
И звон мечей, кольчуг железных звон,
И звон ковыли под пронзённым ветром.
3.
На поле Куликовом – благодать,
А было раньше слишком много боли…
И гибли те, кто полон был любови,
И гибли те, кто мог любимым стать.
Безверье с верой, злость и добрый крест
В смертельной схватке здесь сошлись –
И бились,
И болью всё пропитано окрест –
Той вековой, что мы забыть не в силе.
Есть вера светлая, а есть и фанатизм,
Как есть родник, а есть и просто – лужа,
Но всё равно кому-нибудь да нужен
Не ураган, а лёгкий тёплый бриз.
Душа людей всегда подобна морю
И к вере тянется, как лодка – к маяку…
Да и сейчас немало стало боли,
И злобы хватит на людском веку.
Бреду по полю…
И ковыльный шторм
Поёт мне о прошедших поколеньях.
И дарит сердцу светлое прозренье
Небесный свет, что здесь разлит кругом.
4.
Отгорела заря поутру,
Разбежались пути луговые.
Мой любимый, ведь я не умру?
Мой любимый, ведь души – живые?
Погуляем по добрым полям,
Налюбуемся травами вдоволь…
Только знаешь, мне кажется, вдовы
Всё рыдают по сгибшим мужьям.
Вроде поле быльём поросло
И сравнялись невольно могилы,
Только кто-то тоскует о милых,
Хоть с тех пор шесть веков
уж прошло.
Отгорела заря поутру,
Словно больно и ей озарять.
Но ковыль ли звенит на ветру?
Я тебя так боюсь потерять…
5.
У войны не женское лицо.
Женщины страдают по ушедшим,
Провожая сыновей, мужей, отцов
На войну, где слишком много пешек.
Правых мало и виновных нет
У войны с лицом совсем не женским…
Помните, Онегин, в цвете лет
Вы сражались с очень юным Ленским?
То дуэль была почти за честь,
А теперь стреляют без разбора…
А у вас, Онегин, совесть есть,
Коль убили вы без приговора?
Юные создания Земли
Грезили о подвигах и славе –
Это вам смешны все эти дали,
А они могли жить лишь вдали.
Мальчики уходят воевать,
Становясь мужчинами на фронте.
Вы, Онегин, Ленского не троньте,
Ведь ему так рано умирать.
Рёчка чёрная у многих юных есть
С холодом свинца из чёрной дали…
Вы, Онегин, много повидали,
Тех, кто не увидит, нам не счесть.
Натали, Вы знаете о муже?
Вы – вдова сегодня, Натали!
Женщинам свинец в мужьях не нужен,
С женским ликом – тишина Земли.
15.09-8.10.2001.
Я рыбок в банке спрячу под пальто…
Ну, потерпите в тесноте немного…
Ох, лишь бы мне не встретился никто,
Чтоб не была длинней моя дорога!
В лицо безжалостно мне снег летит с дождём,
Стегает ветер, радуясь чему-то…
А я шепчу кому-то: «Переждём
Ещё такую трудную минуту».
Ну, потерпите, рыбки, в темноте,
Я знаю, теснота для вас – мученье,
Но люди могут жить в житейской суете
И даже в этом черпать вдохновенье.
Вас выпущу в аквариум, и вы
Вдруг грациозно-мерно поплывёте
И вопреки суждению молвы,
Что вы безмолвны…
«Как, – спрошу, – живёте?».
Давайте по душам поговорим
О том, что много в жизни правды и заботы
И может сбыться всё, что захотим, -
Не встретили же мы в пути кого-то!
27.11.2001.
Я ехала в автобусе куда-то,
А впрочем, не куда-то, а в село,
И помню точно: я была брюхата
И оттого-то в сердце всё цвело.
А все сосредоточенно смотрели
На тусклые пейзажи за окном.
Да что я – королевна ль, в самом деле,
Я постою, уж скоро и мой дом!
И вдруг старушка мне: «Садись-ка, дочка!»
Я говорю ей: «Вы слабей меня.
И ехать мне совсем чуточек,
И не устала вовсе, правда, я».
Но всё равно заставила присесть,
По-матерински наперёд всё зная.
И я подумала: «Откуда силы есть
У бабушки, что стала мне родная?».
Та женщина – то помню я досель –
Пример мне материнства показала.
И я сама чрез парочку недель
Чудесно для дочурки мамой стала.
3.03.2004.
Скоро сад расцветёт так любовно,
Что на души сойдёт благодать, -
И Господь как Великий Садовник
Будет души-цветы собирать.
А пока только почки раскрылись
Обновлённой весенней листвой –
Значит, люди недаром молились,
Значит, каждый с любовью – живой.
Отстрадать бы за нас в одиночку.
Ты не думай, я выдержу всё.
На ветвях каждый клейкий листочек
