– Нет. Тот, кто его сбил, скрылся.
Я впервые произнесла эти слова вслух, и меня они испугали. Потому что это преступление. Моего папу убили. А я покрываю преступника.
– И виновника не нашли? – предположил Логан, и я кивнула.
– Не нашли, но… – начала я, но осеклась.
Я понимала, что на этом следует остановиться. Будет нечестно втягивать Логана. Если я расскажу ему, он станет соучастником. Как и я.
– Ты и так через многое прошла, – попытался приободрить меня Логан. – Не держи это в себе.
Его рука легла мне на бедро, тяжелая и сильная. Мне так хотелось, чтобы эти руки сняли чудовищный груз вины, который я носила. Мама призналась, что кое-что рассказала Либби, не все, совсем немного, просто чтобы не чувствовать себя такой одинокой. Может, и мне стоит попробовать?
– У меня есть видеозапись, – объявила я. – Запись аварии. В машине родителей был видеорегистратор.
Логан внезапно убрал руку. Пот с его ладони холодил мою ногу.
– У тебя есть видео, и ты его не предъявила?
В его голубых глазах заполыхал огонь. Я вдруг поняла, что совершила огромную ошибку. Мне не стоило это рассказывать. Теперь он знает, что я преступница. Теперь он в два счета разгадает мою загадку, как кубик Рубика, поймет, что вся моя жизнь – сплошная ложь.
– Возможно, там ничего не видно, – попыталась я сдать назад. – Я не смотрела запись.
Я ощутила, как крутятся шестеренки у него в мозгу. Он явно был потрясен. Что за человек скрывает улики от полиции? Мне нужно найти способ опять вернуть его на мою сторону. Может, на видео вообще все размыто и оно совершенно бесполезно.
– Я боялась, – призналась я. Мой голос дрожал, но мне было все равно. – Боялась увидеть… Сам понимаешь…
Лицо Логана застыло. Я теряла его. Когда он наконец заговорил, слова меня поразили.
– Ты должна удалить запись.
Я думала об этом – если у меня не будет улик, меня не смогут осудить за то, что я их утаиваю. Но это видео – мой единственный рычаг. А вдруг тот, на кого работает Эван, решит больше нам не платить? Мы потеряем все. Мы и так уже многое потеряли. Пусть мы вели себя не идеально, но не заслужили оказаться на улице.
– Я не могу, – ответила я. – Все сложно, – добавила я, хотя и знала, что лишь распаляю его любопытство.
Он задумался, а потом сделал предложение, от которого у меня кровь застыла в жилах.
– Тогда давай ее посмотрим.
Я заглянула ему в глаза – любящие, внушающие уверенность. Они видели меня обнаженной и никогда не отворачивались.
– Ты хочешь сказать… прямо сейчас?
Он кивнул:
– Да. Давай посмотрим ее вместе. Тогда тебе не будет так страшно.
Я вытащила телефон из кармана и трясущимися руками открыла приложение.
Я понятия не имела, что на этом видео, но Логан был рядом, и я решила узнать.
Я открыла видео и нажала на воспроизведение.
– Выберите три предмета, – сказал Энди, уютно устроившись с девочками на кровати Татум.
– Кролик! – выкрикнула Татум.
– Метла! – предложила Марго.
– Еще один, – сказал Энди.
Они играли в «истории» – девочки выбирали три предмета наугад, а он сочинял сказку с этими предметами, порой дурацкую.
– Пожарная машина! – крикнула Татум, и я поняла, что сказка получится смешная.
– Можешь войти, если хочешь, – позвал меня муж, заметив, что я наблюдаю с порога.
– Да, мне нравится игра в истории, – я присоединилась к ним на кровати.
Энди уже давно не рассказывал девочкам сказки, он был занят, писал сценарий. Но, видимо, почувствовал, что девочкам это нужно, а может, нужно и ему самому.
– Мамочка тоже должна что-то выбрать! – потребовала Татум.
– Но у нас уже есть три предмета, – возразила Марго. Она всегда твердо придерживалась правил, прямо как ее мама.
– Сегодня может быть и четыре, – предложил Энди, глядя на меня.
Я на секунду задумалась.
– Банан, – наконец сказала я, и Татум хихикнула.
– Жила-была прекрасная принцесса, – начал Энди. – Принцесса Элизабет, – добавил он и улыбнулся мне.
Меня крестили как Элизабет, но никто меня так не называл, даже священник на крестинах.
Энди начал рассказывать про прекрасную принцессу Элизабет, которой ужасно хотелось съесть банан. И я с удивлением обнаружила, что мне очень хочется узнать, получит ли она банан. Мой муж был мастерским рассказчиком. Если б фантазия была валютой, мы давно разбогатели бы. Вот бы все было так просто.
Обе мои сестры удачно вышли замуж. Старшая, Крикет, вышла за Гэри, который работал на Уолл-стрит и нажил состояние, перепродавая ипотечные кредиты. Они жили в пентхаусе в Нижнем Манхэттене, и у них был пляжный домик на острове Мартас-Виньярд.
Габриель была младшей. Ее муж Ричи занимался платежами по кредиткам в большой торговой и ресторанной сети. Они жили в Гринвиче и имели яхту.
