— Вы правы, — кивнула я. Зря я решила, что сосед плохо соображает, логика у него верная. — Его убили вот на этом кукурузном поле. После того, как он приписал несколько слов к письму, то снова засыпал могилу. Потом он побежал вон к той лесополосе у холма и выдернул молодое деревце — тополь. Он воткнул его здесь, чтоб отметить место. Это было необязательно, но он решил подстраховаться. Обычная немецкая педантичность. Потом он побежал догонять партизан, и его убили. От того момента, как он бросил гранату в овраг, до момента его смерти прошло меньше часа.
— Где же этот тополь? — завертел головой сосед.
— Видите, пенек торчит? Это его остатки. Тополь — дерево неприхотливое, поэтому оно тут приросло. Прошло много лет, прежде чем оно погибло.
Сергей Петрович потрогал пенек, убедился в его реальности, потом подошел ко мне.
— Значит, тополь рос прямо над входом в гробницу? — глухим голосом спросил он.
— Нет. И это не гробница и не курган. Поэтому я кое-чего пока не могу понять и правильно назвать захоронение.
— Чего ты мне сказки говоришь? Где же эта не гробница и не курган?
— Не волнуйтесь, Сергей Петрович, в вашем возрасте вредно, — заботливо предупредила я. — Сейчас покажу, терпенье! Фриц фон Шнайер посадил тополь в десяти шагах от могилы.
— Почему именно в десяти?
— Потому что так проще. Времени на долгие раздумья у него не было. Вокруг была стрельба, и бегали партизаны. Тут не до глобальных планов.
— В какую сторону надо отмерять эти десять шагов? — снова проявил любопытство сосед.
— На запад.
Сергей Петрович опять мне не поверил:
— Может на юг? Или на север?
— На запад. Там Германия. Встаньте спиной к пню и сделайте десять шагов. Я не могу, у меня шаги короче, чем у мужчины.
Сергей Петрович послушно прошагал от пня десять шагов и остановился. То место, где он стоял, ничем особенным не выделялось, но дед чуть не уперся лбом в почти отвесный склон холма. Значит все-таки пещера. Об этом я не подумала. Когда-то тут была пещера, а потом вождь велел завалить ее камнем. Место неприметное, холмов много, найти невозможно. А я нашла. Умница, теперь надо найденное откопать. Потом радоваться и тратить деньги. Ну и всемирная слава, на кафедре все от зависти умрут.
— Теперь начнем копать, — решительно сказала я.
— Миля, ты, случайно, не ведьма? Откуда ты все это знаешь? Ты так рассказываешь, будто сама здесь была и все видела.
— Нет, я не ведьма! — засмеялась я. — Просто я представила, как все это могло произойти, и не ошиблась.
— А если ошиблась? Если там нет никаких сокровищ?
— Тогда будем искать дальше. Но я не ошиблась.
Последняя моя фраза звучала не очень уверенно. Ошибиться я, конечно же, могла. Что нам придется делать, если я все же ошиблась, я старалась даже не думать. Возвращаться домой с пустыми руками очень не хотелось. Должно же мне хоть раз в жизни повести! Зарплата маленькая, премию в конце года не дали, квартира сгорела, кошка меня мышами кормит, кактус скоро засохнет, красивый мужчина сбежал, так может, хоть клад найду.
Сергей Петрович вытащил из своей сумки веревку, маленькое железное ведро и саперную лопату. Мы по очереди копали и отгребали землю ведром. Через сорок минут я обломала все свои ногти, от маникюра остались одни воспоминания, а я надеялась, что он продержится хотя бы до конца недели. Почему я не догадалась взять перчатки, всегда беру с собой, а тут забыла. Темно-синие джинсы на коленях стали черными, а волосы покрылись слоем пыли.
Сосед выглядел не лучше, тоже грязный. И устал он сильнее меня, все-таки возраст сказывается. Ему бы сейчас по парку гулять и кефир пить. Мне стало стыдно: втравила старика в эту гнилую историю, чуть не довела до инфаркта, приволокла в такую даль и заставляю рыться в земле. Надо было без него ехать. Вдруг я ошиблась, и нет никакого золота?
Моя рука с лопатой провалилась в щель. Я невольно вскрикнула, и сосед схватил меня за плечо. Я торопливо разгребла руками землю и заглянула во входное отверстие. Неужели это пещера? Не специально организованное захоронение, а спонтанное. Где убили, там и зарыли. Плита, которая когда-то загораживала вход, сильно пострадала от давнего взрыва гранаты, а то бы нам ее не сдвинуть. Мы кое-как укрепили вход, чтобы не осыпалась земля. Потом расширили проход, потому что раньше, по моим предположениям, в пещеру можно было спокойно войти во весь рост, а теперь только если нагнуться.
Сергей Петрович зажег свечу в фонаре, купленном зачем-то соседями со второго этажа. Неделю назад соседи перепились, отмечая годовщину смерти тещи, и выронили фонарь из окна. Он почти упал на голову Сергею Петровичу. Тот начал громко ругаться и поминать службы правопорядка. Соседи предложили ему забрать фонарь себе, забыть про конфликт и угомониться, что он и сделал.
Теперь я посветила этим фонарем в отверстие, взяла конец веревки и полезла в гробницу, поспешно объясняя соседу план действий:
