— Да что случилось?! — спросил он, пытаясь вырваться. — Что с тобой?
— Ты видел? Этот торговец, он не человек!
— Обычный мужик, — сердился Павел. — Что за истерика? Что тебе привиделось?
— У него черные глаза!
— Я ничего не заметил, — растеряно сказал Павел. — Ты уверена?
— Абсолютно!
— Не может такого быть… А если ты права, то как им это удалось? — задумался Павел. — Ты понимаешь, что видела хофу, который спокойно находился в городе с одним из самых мощных храмов Тэнлу, и никто не заметил, что это слуга демонов?! А ведь в очереди на паром я видел пару чилунов.
Я поежилась: так вот, как они выглядят, эти загадочные хофу… Камень на груди остыл, место ожога нещадно чесалось. Я вытащила мешочек и увидела, что кристалл прожег в нем дыру.
— А это что за артефакт? — прищурился Павел.
— Нашла в мастерской. Правда, пока не поняла, что за кристалл.
— Ты носишь на себе незнакомый камень?! С ума сошла?
— Если бы не он, мы бы не увидели хофу. Можно сказать, он нас спас.
— Странно. Чилуны ничего не увидели, а ты вдруг их распознала, — почесал затылок Павел. — Ну ладно, поздно переживать: паром уже отчаливает.
— И что будем делать? Ждать следующий?
— Боже упаси! Наверняка тут полно хофу, — передернул плечами Павел. — Лучше пойдем в обход. Пешком!
Я вздохнула: опять пешком, опять тропы, дороги, комары…
Не успели мы отойти от Тира подальше, как над нами стала нарезать круги уже знакомая нам джонка. Павел, недовольно поглядывая вверх, пробурчал:
— Знаешь, что я заметил? Сначала появляется этот рыжий крендель, а потом начинаются неприятности! Ой, не к добру эта посудина тут летает!
Я задрала голову, с интересом наблюдая за судном, которое то удалялось, то приближалось.
— Эх, а я бы с радостью на ней полетала. Так уж точно лучше, чем вот это все, — и я кивнула на тропу, по которой мы шли вдоль озера.
Нам так и не удалось уйти далеко от города: похоже, мы исчерпали свой запас удачи. Когда тропа резко стала забирать вверх, мы медленно, с пыхтением, больше часа ползли по ней и, взобравшись на вершину, от усталости совсем потеряли осторожность. Павел, который вышел на возвышенность первым, резко остановился, толкнул меня назад, а сам, пригнувшись, попытался скрыться за кустами.
На вершине холма стоял уже знакомый нам торговец с тирской пристани и разговаривал с рыжеволосым капитаном джонки. Мой темно-красный кристалл немедленно нагрелся и даже сквозь рубашку обжег кожу.
Приземлившаяся джонка напоминала раненую птицу: паруса обвисли, как поникшие крылья, а корпус опасно накренился. Казалось, она вот-вот рухнет на бок, смяв выступающие деревянные и металлические трубки и снасти.
Нас, конечно же, заметили.
«Нельзя быть таким беспечными», — запоздало подумала я. Бежать было поздно, охранники торговца были уже рядом — блеснули короткие, расширяющиеся к концу, клинки.
— Спокойно, — сказал Павел то ли мне, то ли им.
Он выпрямился и поднял руки раскрытыми ладонями вверх, показывая, что оружия у него нет. Я встала за его спиной, лихорадочно соображая, хватит ли заряда моих кристаллов, чтобы создать воздушную стену, и запоздало сожалея, что артефакт работает только на одном человеке.
Между тем торговец резко толкнул рыжего парня в грудь, и тот упал. Он явно был жив, но, похоже, каким-то загадочным образом обездвижен, причем, судя по его искривленному от боли лицу, весьма болезненным способом.
Развернувшись, торговец не спеша направился в нашу сторону. Он выглядел совсем как обычный человек: немолодой, невысокий, крепко сложенный, правда, черты лица были словно смазанные, отвернись — и вряд ли их вспомнишь. Оглядев нас своими страшными глазами, он спокойно и уверенно произнес:
— Су-шен и шени! Решили пойти пешком? Чем же вас не устроил паром?
— Передумали, — пожал плечами Павел.
— Куда направляетесь? Мы как раз ищем попутчиков, не хотите присоединиться?
— В столицу, — не моргнув глазом, коротко ответил Павел. — Попутчиков не ищем.
— И откуда же вы? — продолжал допрос торговец.
— С Дэона.
Я не вмешивалась в беседу: боялась как-то показать, что понимала, кто именно стоял перед нами. Кристалл, судя по всему, прожег кожаный мешочек, затем мою рубашку и теперь медленно выжигал на моем теле отпечаток своих граней. Я поморщилась, представив, какой сильный потом будет ожог. Долговязый рыжий островитянин продолжал неподвижно сидеть на земле, словно замороженный, даже глазами перестал вращать.
Торговец все рассматривал нас, если это слово можно применить к его странным нечеловеческим глазам, и как будто раздумывал, что ему делать дальше.
— А что с кораблем? Это ваш? — неожиданно для себя спросила я.
Павел в изумлении обернулся ко мне: он явно не понимал, о чем речь.
— Каким кораблем? — живо повернулся ко мне хофу. — Шени видит корабль? Что за странное видение посетило тебя, дитя…
Мои мысли заметались, как испуганные снарки: это что же получается, только хофу и я можем видеть джонку?! Как же неудачно получилось… Интересно, как он скрыл ее ото всех? Неужели с помощью какого-то артефакта невидимости?
