— Как ты? — Джад стоял лицом к открытому окну и я видела лишь спину альфы. У них с Картером примерно одно телосложение и даже на таком расстоянии возникало ощущение того, что рост альфы незримо давил.
— Отлично, — произнесла, положив сумочку на колени. — А у тебя, как дела?
Было немного неловко, но я этот вопрос задавал искренне.
— Замечательно.
Вновь последовало несколько затянувшихся секунд тишины. Я поправила низ юбки, после чего взглядом окинула кабинет. Он был огромен, но мебели тут минимум.
— Я пришла ненадолго, — открыв сумочку, я достала из нее карту. Такую огромную сумму было бестолково приносить наличкой, поэтому я поместила ее на карту, с помощью которой Джад мог или перевести деньги или обналичить их в банке. Такие карты являлись аналогами чеков. И сумму, которая на ней находилась, я попросила у Картера. Правда, не сказала, зачем она мне нужна. — Я положу карту на стол. На ней деньги, которые ты мне когда-то дал.
— Сколько раз еще повторить, что они мне не нужны?
— И все равно я хочу их вернуть, — закрывая сумочку, я отвела взгляд в сторону. — Еще я хотела тебя поблагодарить. Та моя подруга уже пришла в себя, но, если бы не ты, всё могло бы закончиться очень плохо. И я понимаю, что в данном случае обычного «спасибо» будет мало, но я хочу, чтобы ты знал, что спас жизнь.
Клейн никаким образом не отреагировал на мои слова, а я, краем глаза посмотрела на охранников, стоящих около двери. Наверное, при них мы нормально поговорить не сможем, но все же имелось то, что мне следовало сказать.
— Ты злишься на меня? — спросила уже тише.
— Какой мне смысл на тебя злиться? — Клейн сделал еще один вдох, затем медленно повернул голову в мою сторону. Его взгляд был очень тяжелым. — Правда, я не могу отрицать того, что временами это во мне присутствовало. Ты спрашивала у меня про Кели. Уже тогда знала, кто Картер и то, что Кели заменила тебя?
Я кивнула. Этот вопрос был ожидаем. Но от этого не менее тяжелым.
— И да и нет, — ответила, ногтем проводя по застежке на сумке. Царапая бегунок. — Я сразу узнала Картера. С первого раза, как увидела его в университете. Он, конечно, сильно изменился по сравнению с детством, но даже просто по имени я легко могла понять, что это именно он. А вот насчет Кели я ничего не знала. Кое-какие мысли начали приходить, когда я увидела на брелке Картера то, что сплела я, но он сказал, что ему это подарила Кели. Я поэтому и спросила у тебя насчет нее. Только после нашего разговора начала постепенно понимать что к чему.
— И почему никому не рассказала? Или ты только для меня умалчивала?
— Нет, я никому не рассказывала. На тот момент у меня были слишком сильные обиды к Картеру и мне было плевать, что происходило в его жизни. Лишь бы он не касался меня. И это было главной проблемой, ведь сейчас я расскажу тебе то, от чего ты меня возненавидишь и это будет правильно.
Мы с Клейном смотрели друг другу в глаза. Он молчал, а я, сделав вдох продолжила:
— Еще до того, как мы с тобой начали встречаться, между мной и Картером кое-что было. Ненавидела я его или нет, но, как оказалось, мы истинные и тогда меня к нему тоже тянуло.
— Кое-что было? — Клейн еле заметно наклонил голову набок. И взгляд его единственного целого глаза стал таковым, что кожу царапнуло болью. Это была та правда, которая, сейчас обнажаясь, многое рушила.
— Да. Более того, когда мы с тобой впервые встретились… В крыло для альф я пришла для того, чтобы увидеться с Картером, — через окно в кабинет ворвался сильный порыв ветра. Растрепывая волосы. Я до боли прикусила кончик языка, ведь, несмотря на то, что у меня уже не осталось прежних чувств к Клейну, я все равно уважала его как личность. И меньше всего мне хотелось говорить ему что-то плохое.
— Значит, ты все время мне лгала?
— Не совсем. Когда мы начали встречаться, я действительно этого хотела, — я пальцами убрала прядь волос за ухо. — И тогда мы с Картером никому не рассказывали о том, что происходило между нами по той причине, что я не хотела иметь с ним ничего общего, а он все так же своей женщиной видел только Кели. Мы вдвоем ненавидели эти непонятные вспышки помутнения рассудка. Это явно не то, чем мы могли бы гордиться. Но мы вроде как решили этот вопрос. Просто договорились не появляться рядом друг с другом, но… я начала встречаться с тобой. А ты ведь его лучший друг и это многое усугубляло.
Клейн смотрел на меня так, что это ощущалось физически, но до сих пор ничего не говорил, а я, пока во мне имелась эта решимость и возможность, продолжила:
