В какой-то степени я могла сказать, что Картер выглядел лучше, чем когда я увидела его в коридоре. Он теперь хотя бы казался мне живым, но что-то страшное и кровожадное в нем все так же ощущалось. Причем оно безжалостно било по нервам. Так, что даже нахождение с альфой в одном помещение было сродни клетке с чудовищем.
Пытаясь делать глубокие вдохи, я предпринимала жесткие попытки понять Картера. Пока что не получалось.
— Отлично, — я подняла ладонь и попыталась пальцами расправить мокрые волосы. Понятия не имела, где моя расческа и не считала целесообразным идти и искать её.
Альфа подошел ближе. Пальцами поддел мой подбородок. Даже это сделал аккуратно, а мне и подобного касания хватило, чтобы дыхание вновь тут же сбилось. Особенно, когда Картер заставил меня поднять голову и посмотреть в его потемневшие, страшные глаза.
— Расскажи мне всё.
— Я уже почти все рассказала, — произнесла, отводя взгляд. Но всё равно, делая вдох и, улавливая запах одеколона альфы, вздрогнула. Почему-то он изувечивал жаром.
— Нет. Я хочу знать всё. До мельчайших подробностей.
— Сначала, расскажи, почему Миранду забрали в полицию, — я убрала ладонь Картера от своего лица и отошла от него на несколько шагов.
Но, поскольку ответ на эти слова меня тревожил настолько сильно, что даже нервы натягивались хуже струн, я опять посмотрела на Картера, замечая, что он еле заметно приподнял бровь. Этого было достаточно, чтобы я осознала — он понятия не имел о ком я говорила. Или мне лишь казалось?
— Моя тетя, — я нервно прикусила кончик языка. — Та, которая подменила результаты теста на омегу. Ты обещал, что полиция ее не тронет, но сейчас она в участке в столице.
Картер наклонил голову набок. Положил ладони в карманы штанов.
— То, что я обещал, я сделал. Причина, по которой она там находится, не может быть связана с тобой.
— Но другой причины быть не может. Тем более, её забрали без предупреждения. И когда ее муж пошел в участок, ему посоветовали вообще ничего не делать и ни в коем случае не предавать этот случай огласке. То есть, ты понимаешь, что это странно?
— Я попробую узнать, что произошло, — Картер достал телефон из кармана и что-то написал в нем. — Когда будет информация, я тебе её передам.
Наверное, это должно было меня немного успокоить. Всё-таки, хоть какой-то процесс пошёл. Вот только, прожигало от того безразличия, с которым Картер это произносил. Ему же глубоко плевать на судьбу Миранды. Я это и раньше чувствовала, но уже сейчас, незримо трясти начинало от тревожности. В первую очередь от осознания, что Картер не сделает ни одного лишнего движения ради моей тети. И понятное дело, что все это ему не нужно, но ведь у нас был договор и, если причина нахождения Миранды за решеткой заключается в том, что альфа не досмотрел, я….
Сделав глубокий вдох, я попыталась успокоиться и сконцентрироваться на том, что в первую очередь мне стоит дождаться того, что Картер узнает насчет Миранды. Если я сейчас начну накручивать себя, ничего хорошего из этого не выйдет.
— Если получится, пожалуйста, побыстрее все узнай, — попросила, убирая пальцы от мокрых волос. Они всё так же были растрепанными, но, плевать.
Картер еле заметно кивнул.
— Теперь, расскажи мне всё.
В этот момент в дверь позвонили. Один из верзил, явно работающих в охране альфы, занес в квартиру бумажные пакеты. Как оказалось, в них были контейнеры с едой.
Мне не хотелось этого замечать, но голод значительно давал о себе знать и, уже когда мы с Картером сидели за столом, я, пытаясь перебирать свои мысли, рассказала обо всем, что происходило со мной за последние дни.
Начала с того, как пошла в уборную в том маркете. Про удар по голове и про то, как через время очнулась в какой-то комнате, которую рассмотреть не смогла, так как дверь тут же закрыли и я осталась в темноте. Да и вообще уже вскоре вновь отключилась.
Когда меня осматривала врач, я ей в подробностях рассказала про свое самочувствие и Картер все это слушал. Как и то, что большую часть прошедших дней я провела на кровати.
Но уже теперь, в рассказе переходя к тому периоду, когда я оказалась в доме Брауна, я объяснила, почему так произошло.
— Все время у меня на глазах была повязка. Из-за неё я вообще ничего не видела, — вилкой ковыряя салат, я пыталась выбрать из него рыбу. Почему-то её хотелось особенно сильно. — Но этот альфа.… Браун. Он сказал, что повязка нужна как раз для того, чтобы позже меня отпустить. Без каких-либо последствий для него и для меня.
— Он тебе причинял вред? — Картер все это время молчал. И, от того, как он задал этот вопрос у меня по коже скользнули царапающие, острые мурашки. Вообще на кухне царила очень тяжелая атмосфера. Воздух будто бы сжимал.
— Нет, — я отрицательно качнула головой, задерживая взгляд на стакане с водой. — По большей степени он вообще относился ко мне хорошо. У него я была под наблюдениями врачей. Лежала на мягкой кровати в теплой комнате. Меня хорошо кормили и, когда я попросила телевизор, чтобы не находиться в полной тишине, мне и его дали. Но….
— Что?
