Могла ли Октавия представить еще два года назад, что станет наминьей демона и будет безумно любить его, а в нее влюбится представитель ее расы и будет изводить, причем очень изощренно, раскрываясь ей полностью, давая почувствовать, как страдает по ней. Это стало каторгой — эти занятия по развитию ее способностей с Ароном Мезенталем.
Она не жаловалась Тарию и ничего не рассказывала ему о положении дел, потому что Арон был единственным, кто мог научить ее управлять своим даром.
После того, как Дрейк снял печать с дара Октавии и тот раскрылся в полную силу, девушка пол года избегала общества, потому что мужчины стали очень неадекватно на нее реагировать, стараясь сблизиться с ней и привлечь ее внимание, а контролировать свою силу, чтобы снизить влияние той она не могла. Дрейк объяснил ей, что такая реакция от противоположного пола следует из-за того, что ее дар дает им понять, что она чувствует их и может дать им то, чего они хотят — это абсолютное понимание и принятие.
Несмотря на свои притязания на Октавию, Мезенталь давал ей нужные знания, правда в перемешку с признаниями в любви и бесконечными непрозрачными намеками на горизонтальную плоскость.
Октавия поначалу краснела и смущалась от его слов, потом начала злиться и без обиняков посылать его, но когда он начал в откровенную приставать к ней она впала в бешенство и сказала, что видеть его не хочет и занятия их отменяются раз он отказывается быть ей просто другом.
Но Арон был очень настойчив и схватив ее как-то в коридоре резиденции Повелителя, по которому она мирно шла никого не трогая, прижал к стене и нагло начал целовать. И как в том коридоре тут же оказался Тарий?..
Чуть позже она узнала, что он просто нацепил на нее контактный маячок, подозревая что-то неладное.
Ох и несладко пришлось Мезенталю…. Хорошо, что жив остался. Октавии было его жаль и в тоже время она понимала, что он это заслужил. Нечего к чужим женщинам цепляться, к тому же она была уверена, что он еще найдет свое счастье. Что касается ее — она и так уже самая счастливая.
Рука Октавии опустилась на еще плоский живот и ласково провела по нему.
— Я так за тебя рада, — прошептала Соня, боясь нарушить волшебство момента. — Ты выглядишь действительно счастливой. — Октавия перевела на нее сияющий взгляд, на лице у нее расцвела улыбка.
— Да, это так, — подтвердила маркиза Рун ар Вил. — Осталось только поделиться этим счастьем с Тарием.
— У тебя девочка будет, — утвердительно сказала Соня.
— Что? — Октавия вынырнула из своих мыслей и вопросительно посмотрела на подругу. — Почему ты в этом так уверена?
— Нууу… — с улыбкой протянула Соня, — у тебя огня в глазах нет.
Октавия скептически приподняла одну бровь и прыснула со смеху.
— Я серьезно, — Соня изобразила наигранное возмущение, сложив руки на груди. — Если наминья беременна мальчиком, то у нее при сильных эмоциях, в прямом смысле этого слова, в глазах пляшут языки пламени, как у демона. А у тебя такого нет, вот я и сделала такие выводы и, поверь, они верны. Ты еще многого не знаешь о беременности демоненком. Я подкину тебе литературу по этой теме, да думаю ты и у Тария что-нибудь найдешь.
Как только Октавия вернулась домой в замок Рун ар Вил, она сразу же направилась в библиотеку, потому что книги, которые намеревалась дать ей Соня, не нашлись. Госпожа Салор-Ави предположила, что их перевезли в другое поместье.
Сейчас Октавия стояла в библиотеке их замка со множеством стеллажей заставленных самыми разнообразными книгами и не знала откуда начать поиски. Обычно, когда ей надо было прочитать что-то определенное, она звала Нибериуса, который по щелчку пальцев тут же доставлял ей нужную книгу — домовой одним словом. Октавия озадаченно окинула взглядом огромное помещение библиотеки. И почему у них нет картотеки! Что ж, придется обратиться к домовому.
— Нибериус, — негромко позвала Октавия и спустя пару секунд управляющий явился перед ней. Два года прошло, а ей все так же становится смешно от одного его вида.
— Да госпожа, — чинно поклонился ей домовой, задорно шевеля усами.
— Мне требуются книги, которые содержат информацию о беременности наминий, — в лоб сказала она ему. Управляющий тут же щелкнул пальцами материализуя книги на столе и лишь спустя пару секунд до него дошел смысл сказанных ею слов. Лицо у домового смешно вытянулось.
— Беременности?! — пропищал он.
— Да, — утвердительно кивнула Октавия. — И еще, господин Тарий об этом знать не должен… — призадумалась и добавила, — и вообще никто не должен знать.
Левый глаз у Нибериуса нервно задергался, но он быстро взял себя в руки, дал клятву молчать и тут же убежал, очевидно в страхе узнать еще какой-нибудь секрет хозяйки и обязать себя хранить его.
Вечером Октавия сидела в кресле у камина и смотрела на пламя. Мыслями она была очень далеко, поэтому, когда открылась входная дверь, с грохотом ударившись о стену, не просто вздрогнула, а подлетела с места и отбежала в сторону. В проходе стоял разъяренный Тарий. Глаза его сияли пламенем, а поза была напряженной.