– Джул, не переживай, мы найдем выход – сказала Сэнди, обняв подругу. Девушка молча кивнула и нехотя улыбнулась подругам.
Милли и Сэнди поехали на свалку автомобилей, как и сказала им Аманда. Они оставили машину, не оформляя ее. Когда девушки пошли на автобусную остановку, Сэнди снова заплакала.
– Не надо нам было лезть во все это. Что теперь с нами будет? Если не вернем деньги, Аманда уничтожит нас.
– Успокойся, Сэнди, ничего она не сделает. Мы все вернем, впереди еще два месяца – мимо подруг проехала полицейская машина, девушки напряглись. – Все будет хорошо. Завтра мы придумаем, что нам делать.
Милли улыбнулась, но Сэнди все равно видела в глазах подруги тревогу. Девушки были дома почти ночью, поэтому поспать удалось не долго.
Утром Милли встала и пошла на кухню почти закрытыми глазами. Отец и мать готовились на какое-то мероприятие, и мама бегала из кухни в комнату, то помогая отцу завязать галстук, то переворачивать на плите оладьи. Милли села за стол, взяла клубничный джем и хотела хорошенько позавтракать, как послышался звонок в дверь. Мама накрасила один глаз, и, стоя у зеркала в прихожей, спросила:
– Кто там?
– Это полиция, откройте дверь.
13. Полицейский участок
Милли сидела в камере предварительного заключения в полицейском участке и слышала, как ее родители ругаются с полицейскими, а те пытаются что-то объяснить. В этот момент Милли ничего не чувствовала, будто все эмоции оставили ее. Она просто смотрела в одну точку на стене камеры.
Когда полицейские постучали к ней домой, маленький шанс на то, что они пришли не за ней, все же был в подсознании Милли. Но этот шанс не оправдался, когда представители закона зачитали права Милли Батлер. Два полицейских разрешили девушке только одеться, а потом сразу повезли ее в участок. Родители, ничего не понимая, тут же забыли о своей встрече и поехали за ними на своей машине.
Дверь коридора с шумом открылась. Девушка подумала, что пришли за ней, что ее сейчас выпустят. Когда вошедшие подошли к камере Милли, сердце девушки чуть не выпрыгнуло из груди, потому что перед ней стояли три ее лучшие подруги. Их посадили в камеру к Милли, а в участке послышался целый хор голосов родителей.
Милли посмотрела на подруг, и ей показалось, что все только что проснулись и не понимали, что происходит.
– Все нормально, нас не посадят в тюрьму, нам нет восемнадцати лет.
– Да, ты права – подняла глаза Джулия, – нас посадят в колонию для несовершеннолетних. Мы посидим там до наших Дней Рождений, а в качестве подарков нас переведут в настоящую тюрьму.
– Родители не оставят нас здесь. Они не смогут так с нами поступить – Сэнди встала и подошла к решетке.
Голосов родителей больше не было слышно. Она обернулась, и на глазах у нее были слезы.
– Этого не может быть, не может. Как они все узнали?
– Успокойся, сейчас не время закатывать истерики.
Милли встала и тоже подошла к решетке. В коридоре было тихо, в самом участке тоже.
Прошло около часа, как девушки услышали, что к ним кто-то идет. Подошли два полицейских в формах. Один был с толстой папкой в руках. Он открыл какие-то страницы и, подсматривая, заговорил:
– Сегодня утром вы были объявлены в розыск. Все доказательства против вас поступили к нам в участок. Вы обвиняетесь в ограблении банка «Лейк Уорт». Поскольку банк находится не в нашем городе, то и суд будет не здесь, а в Лейк-Уорт. Завтра вас отвезут туда. Ваши родители решили, поскольку вы не совершеннолетние, на лето оставить вас в тюрьме того же города. Вы можете поговорить с ними, перед тем, как вас увезут – он повернул страничку. – Милли Батлер.
Начальник отошел от решетки, чтобы его помощник открыл дверь.
– Я не пойду – сказала Милли.
Девушки в недоумении посмотрели на нее. Начальник тоже удивился, но потом добавил:
– Мисс Батлер, на суде ваши родители присутствовать не будут, заседание будет закрытым. После суда вас отвезут в колонию, и вы не увидите своих близких три месяца.
Он продолжал смотреть на Милли, девушка опустила голову. Тогда, он назвал следующую, не подсматривая в папку, так как знал эту фамилию не понаслышке:
– Сэнди Миллер.
Сэнди вытерла рукой слезы и вышла в коридор. Ее повели в другое помещение, более теплое и приятное. Через стеклянную дверь девушка увидела родителей Милли, ее мама плакала, а отец ее успокаивал. Сэнди привели в похожую комнату со стеклянной дверью, где сидели ее родители.
– У вас есть пять минут – сказал начальник и оба полицейских вышли.
Мама Сэнди бросилась обнимать дочь, рыдая и бормоча что-то невнятное.
– Сэнди, о чем ты думала? – первым делом спросил отец. – Я никак не могу понять, мы что, давали тебе мало денег, или это все твои подруги?
– Они тут не причем – сказала Сэнди, чувствуя, что вот-вот взорвется от злости и отчаяния. – Почему мы остаемся в тюрьме до конца лета?
– Мы так решили – ответила мама, немного успокоившись. – Как еще мы могли вас проучить!? Может, если вы посидите в неблагоприятных условиях, то поймете, что не стоило бы совершать преступления.
– Вы не можете нас оставить… меня оставить, я не могу просидеть все лето в тюрьме.
