Весь день я ходил сам не свой. Сначала томил этот желтый карантинный флаг, висевший на гротмачте. Потом пришли таможенники. Я с замирающим сердцем смотрел на русские лица, на фуражки со звездочками. Боясь выдать себя, спрятался в кубрике, обдумывая, как уйти с судна. Старательно выутюжил свой костюм. Начистил туфли. И все уложил до мелочи. Один таможенник, небрежно осмотрев кубрик, сказал: «Смотри, Ваня, какая глупая морда у этого матроса».
Я чуть не взорвался. Эх, если бы они знали, этот матрос не глуп, а просто… Впрочем, согласен! Я слонялся по судну в ожидании вечера. Скорей бы, скорей бы на берег! Наконец пыхтящий буксиришко подтащил нашу громаду к причалу. Цепочка кочегаров и матросов вытянулась к каюте ревизора, выдававшего жалованье.
Капитан объявил:
— Я знаю, сукины дети, паразиты и мошенники, что напьетесь до чертиков. Пропьете все и не явитесь на судно. Многие попытаются устроиться на американские или японские суда. А поэтому даю только половину жалованья. Остальное получите в Сингапуре. Понятно? Выйдем из Владивостока и тогда…
Матросы заворчали. Тогда этот крокодил в капитанской фуражке заявил, что вообще не отпустит на берег. Я испугался, но, на счастье, кэп не выполнил своей угрозы.
Спускался вечер. Все поспешили в город. Остались только один дежуривший у трапа матрос и вахтенный кочегар Майкл. Я взял свой чемодан и поднялся на палубу.
— Что, контрабанду тащишь? — усмехнулся дежурный матрос, посмотрев на меня. — Смотри, русские поймают — башку оторвут.
Не отвечая, с замиранием сердца я сошел вниз. Я ступил на русскую землю! Поспешно перелез под вагонами товарного поезда и сразу же попал на полную огней улицу. Мимо продребезжал трамвай с ярким лозунгом «Да здравствует 1 Мая!» Я огляделся, сдерживая дыхание. На всех домах алели праздничные полотна, транспаранты и панно. Все улицы были в нарядном убранстве.
Свернув налево, я вздохнул полной грудью, пошагал вперед, еще не зная, куда идти, и в то же время ощущая, что я иду правильной дорогой — дорогой счастья.
Родина! Я прибыл к тебе! И что бы ни случилось, я не уйду отсюда. Прощай, океан, начинается новая жизнь!
После того как я получил советский паспорт, совершил большую поездку по родной стране. Прежде всего я побывал в Москве. Я увидел древний Кремль, Мавзолей Ленина. Сколько раз я мечтал об этом в трущобах Нью-Йорка, в фавелах Рио-де-Жанейро и на рудниках в Ориноко. Мне грезились кремлевские стены в кубриках пароходов, в камере Синг-Синга и на дорогах запада в Америке.
Когда случайно в океане или на пути в Сан-Франциско я ловил звуки советского гимна, то передо мной вставали эти кремлевские башни. И теперь все это было наяву!
Из Москвы я поехал на Смоленщину, в родные Моховицы. Они неузнаваемо изменились — на месте нашей избы высится двухэтажное здание детского сада. Но возле него, как мне показалось, растут те же березки-сестрички, которые я помню с детства. По-прежнему спокойно и задумчиво течет мимо села речка Ляля, как текла во времена моего детства, и сто лет назад, и тысячу, с тех пор как стоит наша Россия.
Со Смоленщины поехал на Север, в Архангельск, оттуда — на юг, в Крым.
Я хотел все посмотреть, все увидеть собственными глазами, всю нашу великую страну.
Наконец я поселился в Средней Азии, в древнем Самарканде, где и живу поныне. Преподаю в школе английский язык. Со мной Аленушка и дочка Настенька. Она уже учится в школе.
Когда к нам приезжают друзья, я рассказываю им о виденном и пережитом, о том, что написал в этой книге.
