Позвонил Антон, велел спускаться вниз. Варя быстро оделась, оставляя следы на только что выпавшем снегу, подошла к машине Антона. Садиться не стала, ждала гражданского мужа, подставив ладонь падающим снежинкам.
Снежинки в свете фонарей искрились.
Настроение у Антона было отвратительное. Это она заметила сразу, как только он вышел из дверей здания. Антон сбежал с крыльца, зло отшвырнул ногой не то камешек, не то осколок льда, сердито рванул дверь машины.
Варя быстро села на соседнее с ним сиденье.
Нахмуренный лоб вызывал острую жалость.
«Ты бы себя побольше жалела», – посоветовала бы мама.
Машина мягко тронулась, Антон приветливо помахал рукой охраннику.
Один талант у него явно был, он умел скрывать от посторонних плохое настроение. У Вари так не получалось.
Впрочем, она не сильно старалась.
– Человек, на которого пишешь завещание, должен обязательно фигурировать в телефонных контактах, – глядя на кружащиеся снежинки, вздохнула Варя.
Антон поморщился, это он и сам понимал. Он не догадывался, что с этим пониманием делать.
– Женщины обычно не придумывают сложных паролей, – Варя на него покосилась. – Ты знаешь логин Лизиного аккаунта?
– Какой был раньше, знаю, – неохотно признал Антон.
Управлять им оказалось проще, чем это можно было предположить. Варя каждый раз удивлялась этому открытию.
– Вряд ли она его поменяла.
Дальше Варя ехала молча. Главное она уже сделала.
Антон включил ноутбук, едва войдя в квартиру. Варя отправилась на кухню готовить ужин.
Антон позвал ее, когда она доставала тарелки.
Подбежавшая к нему Варя увидела на экране список Лизиных контактов.
– Я думаю, нужно искать мужчину, – неуверенно предложила Варя.
Подружкам и соседкам редко завещают имущество.
Впрочем, люди, которым всего тридцать, вообще редко пишут завещания.
– Для начала нужно искать мужчину, – твердо повторила Варя.
Антон неопределенно пожал плечами. Не возражал.
Контактов у Лизы было немного. Татьяна Павловна, Власта, Михаил. Несколько имен с отчествами.
И только одно мужское имя без отчества – Павел.
– Позвони, – велел Антон. – Скажи, что нашла его номер в Лизиных контактах. Скажи, что она умерла. Ну… ты сообразишь, что сказать.
Варя сходила в прихожую за телефоном и неожиданно попросила:
– Обними меня.
Антон, не вставая с компьютерного кресла, ласково прижал ее к себе, погладил бедро. Варя благодарно поцеловала его в волосы.
Она набирала номер Павла несколько раз. Номер находился вне зоны действия Сети.
В прачечную Денис решил спуститься, чтобы чем-то себя занять. Собрал постельное белье, рубашки, скомкав, сунул в целлофановую сумку. Проверил наличные в бумажнике.
Прачечная была единственным местом, где нельзя расплатиться банковскими картами. Из-за этого приходилось периодически снимать наличные в банкомате.
Сейчас искать банкомат необходимости не было, наличных должно хватить.
Александр Николаевич сегодня приступил к работе раньше обычного. Рядом с ним сидела женщина лет пятидесяти. Женщина казалась знакомой.
Смеркалось. Вчерашний снегопад закончился, тротуары уже почистили. До прачечной было несколько минут ходу. Денис, отдав приемщице белье, сунул квитанцию в бумажник, снова вышел на улицу, постоял, раздумывая, не отправиться ли в ресторан, и решил вернуться домой. Вечер в ресторане казался еще более скучным, чем дома.
Женщина ушла, консьерж сидел за столиком один.
– Хоть бы кто-нибудь хорошими новостями поделился, – посетовал Александр Николаевич. – Одни несчастья кругом.
– Что же за несчастья такие? – Денис остановился у лифта.
– Да вот Ксения сейчас рассказала. Мальчишка из соседнего дома под машину попал. Насмерть. Ты Ксению помнишь? Ксения соцработник, она к Ольге Викторовне одно время ходила.
– При мне к бабушке соцработник не ходила. Но лицо показалось знакомым.
– Ну значит, потом ходила, когда ты уехал. Ксения ко всем в нашем доме ходит. Много лет уже, ты не мог ее не видеть. И к Ольге Викторовне ходила, и к Игорю Леонидовичу. Раньше стариков больше было, – консьерж вздохнул. – И детей тоже. А теперь на весь подъезд ни одного ребенка. Вырождаемся?
Денис пожал плечами.
– Ты Игоря Леонидовича-то помнишь? Из девяносто второй?
Соседа Игоря Леонидовича Денис помнил. Сосед иногда захаживал к бабушке, а с маленьким Денисом решал заковыристые математические задачи.
Обожгло запоздалым стыдом. Он уже несколько месяцев живет в Москве, а старым бабушкиным приятелем ни разу не поинтересовался.
– Игорь Леонидыч в прошлом году умер. За год до этого у него Даша поселилась, тогда Игорь Леонидыч от Ксении отказался.
– Даша его родственница?
– Вроде да. Мы сначала голову ломали, гадали, кто она ему. Он к тому времени из квартиры уже не выходил. Лет-то ему много было, он старше твоей бабушки.
Мы – это, видимо, сам Александр Николаевич и соцработник Ксения. То есть соцработница.
– У Игоря Леонидыча семьи не было, насколько я помню.
– В последние двадцать лет не было, – усмехнулся консьерж. – А раньше кто его знает. А ты что же дома вечера проводишь? Надоели рестораны? Или деньги кончились?
– Деньги пока не кончились, – улыбнулся Денис. – Так… надоело.
