Кирсти воспитывает свою дочь одна, ведь ее любимый когда-то отказался жениться на ней – у него тогда были совсем другие жизненные планы. И вот теперь, по прошествии шестнадцати лет, она решили сообщить, Лусио Мастертону, что у него есть уже взрослая дочь.
Кирсти молча смотрела на телефон. Она должна позвонить. Больше терпеть нет сил. Она должна сделать это ради Беки. Но, с другой стороны, шестнадцать лет – слишком долгий срок. Возможно, он уже и не помнит ее…
Она-то помнила Лусио Мастертона так же хорошо, как в тот день, когда они расстались. Высокий, с черными волосами, привлекательным лицом. А какое крепкое было у него тело! И глаза – подобных она не видела ни у одного мужчины. Они сражали женщин одним только взглядом, заставляли умолять о ласках.
А вот Кирсти повезло. По крайней мере, так она думала тогда.
Но все длилось недолго. Единственное, о чем мечтал Лусио, – стать миллионером. Отношения с женщинами стояли для него на втором месте. Когда она только намекнула на более серьезные отношения, он вычеркнул ее из своей жизни.
И вот сейчас ей нужно поговорить с ним.
Он был уже не миллионером, а миллиардером. Но надо отдать ему должное – Лусио достиг таких высот не благодаря удаче, а в результате упорного труда. Она не упускала его из виду все эти годы и, несмотря на обиду, но могла не восхищаться его настойчивостью.
Лусио Мастертои считался самым завидным холостяком в Европе и на людях обычно появлялся в обнимку с новой красавицей.
Кирсти всегда хотелось знать, относится ли он к ним так же, как когда-то относился к ней. Она никак не могла понять, почему, достигнув желаемого, он все еще не женат. Найдется ли когда-нибудь женщина, устраивающая его? Такая, которая не будет бороться с его образом жизни?
Кирсти подняла трубку. Сейчас или никогда. Она набрала номер.
– ЛМТ, – ответил певучий женский голое.
– Могу я поговорить с Лусио Мастертоном, пожалуйста?
– Как о вас доложить?
– Кирсти Риверс.
– Из какой компании?
– Это личный звонок.
– Извините, но мистер Мастертон не принимает личные звонки, если только они заранее не запланированы. Вашего имени в списке нет.
Значит, у него есть список тех женщин, с которыми он встречается? Интересно.
– Ладно, – быстро сказала Кирсти, лихорадочно соображая, – это Кирсти Риверс из «Вэнчер аппликейшнс».
Она не знала, почему ей в голову пришло именно это название, но, кажется, трюк удался.
– По какому вопросу?
– Да в чем дело? – разозлилась она. – Мистер Мастертон знает меня. Если вы дорожите своей работой, сообщите ему, что я на проводе.
Она не сможет сделать это второй раз. Столько храбрости ей не набраться.
– Мастертон слушает.
О, боже, девушка соединила ее.
– Лусио? – Ее голос превратился в шепот.
– Кто это? – В его голосе слышались нотки нетерпения.
Она хорошо помнила этот голос.
Кирсти прочистила горло и твердо сказала:
– Это Кирсти Риверс. Тишина.
Боже! Он ее забыл. Да уж, ей будет нелегко. Она представила, как он наморщил лоб, как его глаза сузились, когда он начал напрягать память.
Стоит ли ей напомнить ему о себе или подождать, пока он вспомнит сам? Да и вспомнит ли?
Десять, девять, восемь, семь…
– Кирсти!
Вспомнил! Но улыбнулся ли он этому воспоминанию? Или нахмурился?
Он очень привлекательный мужчина. Еще в девятнадцать был, пожалуй, самым видным парнем ее колледжа, а теперь, в тридцать четыре, просто великолепен. Как только его фотографии появлялись в газетах или журналах, она жадно разглядывала их. А когда он выступал на телевидении, рассказывая о своих достижениях и последних проектах, Кирсти слушала его глубокий голос, чувствуя легкую дрожь, пробегающую по телу. Невероятно, но она ничего не могла с собой поделать. Он был се первой любовью и первым мужчиной. Конечно, не единственным, но никто не мог сравниться с Лусио Мастертоном.
– И чем обязан такому удовольствию?
Удовольствию? Он неправильно подобрал слово, потому вряд ли почувствует удовольствие, когда услышит то, что она хочет сказать ему. Скажи ему то, что собиралась, и покончи с этим побыстрее, сказала она себе. В другой раз ты не сможешь сделать это.
– Как поживаешь?
– Я почему-то уверен, что ты позвонила не для того, чтобы поинтересоваться моим здоровьем, – резко ответил он. – Я очень занятой человек, Кирсти, как ты, наверно, знаешь. Я рад, что ты мне позвонила, но у меня встреча через несколько минут. Возможно, мы могли бы встретиться как-нибудь вечерком, выпить и поболтать. Как насчет четверга? Я буду свободен.
– Нет! – Кирсти знала, что, если не скажет ему сейчас, уже не сможет сделать этого никогда. Ей не хватит смелости, а это значит, что она подведет свою дочь. Сначала она сама хотела предложить ему встретиться, но потом передумала. Она не хочет видеть его лицо, чувствовать его гнев, Кирсти предпочитала безопасное расстояние и разговор по телефону.
– Нет? Что это значит? Не в четверг? Или ты вообще не хочешь со мной встретиться?
– Мне нужно поговорить с тобой прямо сейчас.
Мог ли он слышать надрыв в ее голосе или почувствовать, что у нее пересохло во рту? Это ужасно. Неудивительно, что она откладывала этот момент столько лет.
– У тебя есть дочь, Лусио.
Все. Она сказала это. Не так, как собиралась, но в итоге ее секрет раскрылся.
Снова тишина…
Десять, девять, восемь, семь, шесть, пять…
И тут прозвучал ответ.