Несколько лет спустя, Арья встречается со старым другом лицом к лицу.
========== I ==========
Это стало её ночным ритуалом; достав из ножен Иглу, положив её на колени, она любовно протирала гладкое лезвие смазанной маслом тряпочкой. Она тихо смеялась, вспоминая совет Джона: “Коли острым концом”. Как она изменилась, расцвела и повзрослела, но даже сейчас она порой вспоминала те вещи, которыми не очень гордилась.
Дрожь свечи на подоконнике прервала поток её мыслей; сквозняк дул через плохо закрытые рамы, заставляя пламя гнуться в одну сторону, заливая фитиль воском.
Поднявшись, она аккуратно положила Иглу на стол и повернулась к умирающей и задыхающейся свече, но было слишком поздно - фитиль исчез под воском, погрузив комнату в темноту. Арья вздохнула и покачала головой, посмотрев в окно туда, где Дубы и Железные деревья тянули свои костлявые руки к небу, ища благословления у Охотничьей Луны.
В темноте комнаты её чувства обострились, она явственно ощущала биение своего сердца. Страх ранит глубже, чем меч. Ни в одной из её самых безумных грез, она не думала, что этот день когда-нибудь настанет. Так долго она цеплялась за его образ в своей голове в надежде, что Боги милосердно сведут их вновь. Годы шли, эта тоска становилась все невыносимее, но от этого шансов на встречу не прибавлялось.
Сделав спокойное лицо, она повернулась и мягко прошептала:
- Человек крадется, словно мышь, но девочка слышит.
- Человек знает, что у него нет причин скрываться от девочки.
Этот голос был так знаком, в нём будто перемешивались шелк и сталь. С изяществом животного семейства кошачьих он подошел к ней, мягкий красный свет луны освещал его волосы. Девочка подумала о его красоте: тонкий и гибкий, с больше, чем просто намеком на угрозу, скрывающуюся в его пристальном взгляде. Её молодое “Я” должно быть, не осознавало этого в должной мере, в которой это видится более взрослым девушкам и женщинам, но она, конечно, поняла теперь. Арья, видимо, рассмеялась, и смеялась до тех пор, пока не поняла, что не может быть такой рядом с кем-то вроде Якена Х`гара. Сирио, будь он здесь, сжал бы зубы от отвращения.
- Человек мог бы сесть.
Выдвинув стул из-под стола, она жестом указала на него. Прежде чем сесть самой, девушка зажгла новую свечу и поставила её в центр стола. Убийца расстегнул застёжку на шее, снял с себя плащ и сложил его на спинку стула. Арья не могла не заметить плащ: красная с одной стороны и черная с другой. Двусторонняя ткань. Практично.
- У меня есть вино, но его хватит только на одну чашу, не против, если мы его разделим?
- Человек и девочка разделили много вещей, - он смотрел колко, уголки рта растянулись в благодарной улыбке.
- Верно, - ответила она, чувствуя, как кровь приливает к щекам.
Потянувшись вперед, он взял бутылку и наполнил чашу до краев прежде, чем подать её. Она протянула руки, чтобы принять чашу, и поняла, что дрожит. Тем не менее, девушка поднесла её к губам и сделала большой глоток.
- Должна ли я волноваться о том, что ты здесь?
- Человек не причинит вреда. Человек просто хочет поговорить, - наклонившись вперед на локтях, он повернул чашу к себе и, взяв её обеими руками, допил вино.
Арья немного расслабилась, несмотря на то, что она так мало знала о нем, она была уверена, что он человек чести, даже если само понятие чести немного истёрлось из её разума. Глаза блуждали по контурам лица мужчины, и ей в голову неожиданно пришла мысль, что она, вероятно, никогда не видела его настоящего. С нескрываемым любопытством она спросила:
- Ты носишь это лицо с определённой целью? Или это твое истинное лицо? Что я могу назвать тобой?
Мужчина, носивший лицо Якена Х`гара, рассмеялся.
- Вздохните, милая девочка. Человек скажет правду. Да, человек думал, что девочка обрадуется, увидев лицо старого друга. Оно принадлежало когда-то преступнику с именем Х`гар, - он улыбнулся, - его лицо, увы, не моё, как и его имя.
В общем, удовлетворенная его ответом, пусть и немного озадаченная относительно обращения к нему, Арья вернулась к тереблению нитей рукава, чего он, конечно, не мог не заметить:
- Так что же привело тебя в Винтерфелл?
Мужчина поднял на нее уставший взгляд:
- Девочка задает много вопросов, - сказал он наконец, очевидно, увиливая от ответа.
Снова наполнив чашу, она долго и тяжело ужинала, чувствуя жар, рождавшийся в ней и уходящий в пол. Арья сидела тихо, наблюдая за человеком перед нею, чувствуя внезапное смущение. Она помнила, как смотрела на него в тот день в Харренхоле, когда угрожала ему, заставляя помочь им получить свободу. Это был единственный раз, когда она увидела его страх, и по правде сказать, она продолжала ненавидеть себя за то, что так низко пала.
- Если тебя интересует, то я сожалею, что сказала тогда твое имя. Я была в отчаянии, у меня просто не было выбора.
Он поднял чашу и осушил её, прикоснувшись к губам пальцами:
- Выбор есть всегда, милая девочка, но, тем не менее, человек все понимает. Ты знаешь, что если бы не забрала слова назад, человек убил бы себя?
