Лететь рано утром нужды не было, нам дали время подготовиться: я настроил себя на дорогу, Света-драконица приняла драконье обличие, чтобы «защищать меня на чужой планете, если понадобится, ибо от дракона больше физического проку, чем от человека», а Сергей Казимирович решил впредь находиться внутри моего разума, а не отдельно.
«Нагулялся я, – сказал тогда Сергей Казимирович, уже находясь в моей голове. – Теперь нужно сосредоточиться на твоей подготовке и защите, Виталий».
Примечательно, что посадили нас не в небольшой (относительно размера обычных боевых кораблей высших существ) челнок, а в целый боевой крейсер, на борту которого значилось написанное кириллицей непонятное название – «Куртагацер».
«Что это значит, Сергей Казимирович?» – спросил я.
«На языке русанаров это значит «Взращённый для битвы», – ответил Сергей Казимирович. – Русанарский язык удивительно компактен относительно русского, но на нём слишком тяжело говорить. А ещё на нём нельзя писать стихи, потому что в нём нет красоты и ритма».
«А чего ж тогда Владимир не переименовал корабль? – продолжил интересоваться я. – Дань традиции?»
«Вроде как, – ответил Сергей Казимирович. – Таких кораблей у него осталось три, остальные названы по-русски».
Словно в подтверждение слов Сергея Казимировича, я с помощью ЭВМ на борту крейсера увидел соседствующие рядом с «Куртагацером» «Шунтагротор» («Пылающий яростью») и «Лагдукрат Русанардин» («Любимый сын русанаров»). Сопровождать нас призваны были два эсторносца «Пламенный» и «Разящий» (напоминаю, эсторносец – это эскадренный торпедоносец, если вдруг кому-то изменила память).
«А как мы долетим до мира Анугиразуса?» – спросил я, когда корабль тронулся с места.
«Через диахронос, – ответил Сергей Казимирович. – Он в некоторой степени связывает первый и третий миры-измерения. А вот четвёртый и пятый – нет, они сами по себе».
Боевой крейсер «Куртагацер» отличался от других кораблей того же типа тем, что внутри него было пространство для манёвра даже таких крупных существ, как Света-драконица. Сделано это было, как заверял меня Сергей Казимирович, для того, чтобы им могли управлять роботы, это едва ли не самый первый тяжёлый корабль во флоте Владимира. Другие корабли не имели в себе пространства как такового и управлялись искусственным интеллектом. Владимир разрешил нам ходить, где захочется, кроме закрытых помещений, вроде реакторной и орудийной палубы.
– Да уж, удобств тут не замечено, – сказал я, когда ноги уже устали ходить и захотелось присесть, но, кроме стального пола, мест не было совсем.
– Решение есть, – сказала Света-драконица, села на пол и протянула ко мне обе лапы, сложив их в лодочку. – Усаживайся. Или ложись. Как тебе удобно, в общем.
Ощущение было знакомо – драконьи лапы с внутренней стороны достаточно мягкие. Пусть до перины им и далеко, но это всё равно лучше металла.
– И вновь ты маленький, – сказала Света-драконица, едва ли не в упор глядя на меня большими фиолетовыми глазами. – Ха-ха! Какой знакомый вид – сверху вниз.
Света-драконица хотела пощекотать меня носом, как это любила делать Света во время обучения, но я мягко остановил её «щупальцами».
– Не заигрывайся, – сказал я. – Нам предстоит серьёзное дело, нечего шутки шутить.
– Ты так раньше времени состаришься, если не будешь расслабляться, – сказала Света-драконица и улыбнулась во все шестьдесят четыре белых зуба. – Ты же наверняка нервничаешь, мы ведь летим в логово к злодею Анугиразусу.
– Нет, не нервничаю, – сказал я и помотал головой. – Я больше нервничал, когда мы к Владимиру летели. А тут мне почему-то проще. Уже не так тревожно.
– Либо ты исчерпал лимит страха, – рассудила Света-драконица, – либо ты у меня очень смелый. Третьего не проглядывается.
«Либо ты обезумел, Виталий Чудов, – вдруг раздался голос Анугиразуса в моей голове. – Лететь к врагу твоей страны и не бояться – нужно быть либо глупцом, либо безумцем».
«Опа! Надо же, как интересно, – сказал Сергей Казимирович. – Ты, гадина чешуйчатая, ещё и в мысли Виталия можешь залезать? С каких пор?»
«С тех пор, как я пригласил вас обоих в мир снов и ужаснул своей настоящей сущностью, – ответил Анугиразус. – На разуме Виталия отпечаток, я могу не использовать обычный метод с помощью «щупалец». Мой метод надёжнее».
«И сколько сеансов «связи» я пропустил?» – спросил Сергей Казимирович.
«Лишь один, – честно ответил Анугиразус. – Не волнуйся, старик, я не пудрил мозги твоему зятю, лишь подсказал ему единожды, как получить от второй сущности твоей дочери умение безболезненно преобразовывать своё тело».
«И в чём же подвох?» – не унимался Сергей Казимирович.
«Ни в чём, – продолжал честно отвечать Анугиразус. – Виталий старательно куёт оружие, которым поразит меня во время нашего противостояния. Похвали его, старик».
«Виталий – парень умный, – сказал Сергей Казимирович, – он и без тебя справится, дракон».
Слово «дракон» Сергей Казимирович почти всегда произносил с презрением. Сейчас к нему добавилось ещё и искреннее отвращение.
