Голос преподавателя заставил девушку снова вернуться в реальность. Девушка машинально встала и виновато посмотрела на лектора-жнеца, которая вела новый предмет.
-Вы нам расскажите отличие беременности светлых и тёмных?
«Почему именно эта тема?» Девушка криво улыбнулась, вспоминая конспекты, которые ей всё-таки пришлось читать относительно демонов.
-Конечно, главное отличие это время созревание плода: если у светлых он длится всего семь месяцев, то у тёмных около тринадцати. Первые признаки беременности – тошнота, головокружение, общая слабость и…увеличение силы светлых, ослабление у тёмных.
-Неплохо, Лиетта. Но впредь будьте внимательнее на лекции, я не дам вам послаблений из-за вашего нового статуса.
Этот статус был скорее не «послаблением» для жрицы в академии, а наоборот. Теперь все ждали от неё чего-то невероятного, а Лея стала ждать окончания последнего года обучения как спасательный круг.
В академии мало кто смирился с её положением: сирены с ней так и не общались, лишь коротко улыбались в знак приветствия и тут же убегали, профессора стали более требовательными, и только, кажется, тёмные стали ближе к ней, особенно Вальтер, который умудрялся даже рядом с ней на лекциях сесть. Жрице мало с кем удавалось общаться в академии, зато за её пределами всё было иначе: множество встреч ожидало её на каждом задании с Вендором.
Как только Лея вышла из академии, направляясь к порталу, она увидела первого мастера и сразу же подбежала к нему.
-Добрый вечер, Вендор.
-Добрый…
Мужчина протянул конверт жрице, которая удивлённо на него посмотрела.
-Это ты заработала. Вообще-то деньги выдаются в банке совета, но он закрывается раньше, чем ты заканчиваешь учёбу.
-А что насчёт заданий? – Лея забрала деньги и с надеждой посмотрела на «учителя».
-Пока ничего, Лиетта. Все обеспокоены разгромами от разломов, а этим Вальдемар запретил тебе заниматься, точнее было приказано мне не брать тебя на такие задания. Так что пока можешь потратить куда-нибудь деньги и хорошенько отдохнуть…
Мужчина кивнул напоследок и растворился в портале, направляясь в совет. А жрице же немедленно захотелось пообщаться с супругом. И, переместившись во дворец тёмных, она сразу же направилась к тронному залу, возле которого стояли стражники.
-Мне нужно к Вальдемару!
Но стража ничего не ответила, все также заграждая путь своими массивными телами.
-Что случилось?- подкравшийся сзади Грегор, напугал жрицу, - чего не впускаете супругу Дьявола?
-Было велено не впускать!- в один голос отозвалась стража.
-Бросьте….
Советник обошёл стражников и приоткрыл дверь, толкая жрицу перед собой.
-Не стесняйтесь, Лиетта.
Вмиг нос девушки уловил запах крови, и её глаза сразу же наткнулись на его источник.
Множество оторванных от тел голов валялись по тронному залу, заливая гранитные полы алой жидкостью. И только дорогие плащи на мёртвых телах показывали принадлежность к совету их обладателей.
-Прошу, пощадите….- раздался жалобный писк из рук Вальдемара, который сжимал горло одного из еще живых присутствующих. Глаза Леи коснулись рукавов Дьявола, которые полностью были пропитаны кровью, и кому она принадлежала, не трудно было догадаться. А глаза… Полные гнева чёрные, как сама бездна, глаза, словно пожирали остальных живых.
Внутри девушка почувствовала странный холод… Ноги почему-то стали ватными, а глаза застелила пелена, не дающая увидеть, что же делает её муж. Развернувшись, Лея убежала оттуда, как из ночного кошмара, не заметив чью-то наглую и довольную усмешку. Она бежала как от ночного кошмара, который не касался её, а был теперь частью жизни. И, забежав в покои, девушка долго пыталась отдышаться.
«Я же знала, кто он такой, но почему так страшно?»
Даже переодевшись в ночную рубашку и закрыв глаза, лёжа на мягкой перине, она всё еще видела это безумие. Но чем дольше оно стояло у неё в памяти, тем больше страх отступал, точнее его побороло другое чувство. И оно почему-то становилось всё сильнее с каждым днём…
Белые хлопья кружились и падали на землю. Все с радость выбегали на улицу, хватая руками снег. Климат в межмирье мало чем отличался от земного: та же зима, то же лето, весна и осень. Только сколько бы лет не падал снег, все адепты радовались ему каждый год, как некоторому чуду.
Только Лея с грустью смотрела за окно академии, пересев с первых парт на задние. Если уж и сидеть одной, то лучше сзади, чем сразу перед профессором, который вечно вырывал её из мыслей. А их у жрицы в последнее время было очень много.