В 13-й воздушной армии, в состав которой входили 276-я бомбардировочная, 277-я штурмовая и 275-я истребительная авиадивизии, 283-й истребительный и 13-й отдельный разведывательный авиаполки, а также отдельные корректировочные эскадрильи и эскадрильи связи, и во 2-м гвардейском истребительном авиакорпусе ПВО насчитывалось 524 самолета, из них 86 бомбардировщиков, 92 штурмовика, 258 истребителей, 88 разведчиков, корректировщиков и самолетов связи{5}.
ВВС Краснознаменного Балтийского флота имели всего 284 исправных самолета. К операции по снятию блокады Ленинграда привлекалось 192 самолета, в том числе 32 бомбардировщика, 60 штурмовиков и 100 истребителей{6}.
Войска Волховского фронта поддерживала 14-я воздушная армия. К началу операции в ней было 184 самолета. Но в первые дни наступления на ее пополнение прибыло еще 73 машины и в армии стало 257 самолетов{7}.
15-я воздушная армия генерал-лейтенанта авиации Н. Ф. Науменко, поддерживавшая войска 2-го Прибалтийского фронта, имела 470 самолетов{8}.
Распоряжением Ставки Верховного Главнокомандования для содействия войскам Ленинградскою и Волховского фронтов привлекались также 1-й гвардейский, 5, 6 и 7-й авиационные корпуса дальнего действия под командованием генерал-майора авиации Д. П. Юханова, генерал-лейтенанта авиации И. В. Георгиева, генерал-майора авиации Г. Н. Тупикова и генерал-майора авиации В. Е. Нестерцева. В составе четырех корпусов было 330 самолетов. К началу операции в Ленинград прибыл командующий дальней авиацией маршал авиации А. Е. Го-лованов с оперативной группой.
Всего с нашей стороны к операции привлекалось 1773 самолета. Таким образом, у нас имелось почти пятикратное превосходство в авиации. Это создавало благоприятные предпосылки для успешного развития наступления советских войск и разгрома немецко-фашистских захватчиков под Ленинградом и Новгородом.
Накануне операции в 13-й воздушной армии была проведена большая подготовительная работа. Она включала разведку и фотографирование оборонительных рубежей противника; детальное изучение объектов действий и тренировку экипажей в нанесении ударов по ним; организацию взаимодействия с наземными войсками и особенно с подвижными соединениями, а также между авиационными соединениями и родами авиации; планирование действий авиации; организацию управления ею в ходе наступательных боев.
Разведка войск противника и фотографирование его оборонительных рубежей начались задолго до начала наступательной операции. Она осуществлялась 13-м отдельным разведывательным авиаполком, которым командовал майор В. И. Дужий, а после его гибели - подполковник И. А. Механиков. К выполнению воздушной разведки привлекались и экипажи других авиачастей. Одновременно выполнялась разведка глубокого тыла. К началу операции войска имели подробные карты с нанесенными на них конкретными целями.
На Карельском перешейке в районе Кавголово был оборудован полигон с опорными пунктами, системой траншей и различными инженерными сооружениями. Летчики, штурманы, воздушные стрелки отрабатывали там бомбометание и стрельбу по малоразмерным целям - орудиям, танкам, дотам, дзотам, мостам, а также порядок захода и удара по пехотным траншеям. О подготовке авиаторов к наступательным боям командующий 13-й воздушной армией неоднократно докладывал Военному совету фронта. Командующий Ленинградским фронтом генерал армии Л. А. Говоров и член Военного совета фронта генерал-лейтенант А. А. Жданов, присутствуя на одной из тренировок, положительно оценили боевую подготовку летчиков и дали указания по дальнейшему обучению летных экипажей.
Готовились экипажи и к полетам в сложных метеорологических условиях.
В соответствии с замыслом командующего Ленинградским фронтом, по которому 2-я ударная армия должна была перейти в наступление на день раньше 42-й армии, решено было в первый день операции всю авиацию использовать на участке 2-й ударной армии, а во второй день - на участке 42-й армии.
Штаб 13-й воздушной армии под руководством полковника А. Н. Алексеева разработал план боевых действий авиации в наступательной операции. На участке прорыва планировалось авиационное наступление. Оно должно было начаться ударами дальних бомбардировщиков. Для непосредственной авиационной подготовки выделялись дневные бомбардировщики. Авиационную поддержку предполагалось осуществить эшелонированными действиями штурмовиков и сосредоточенными ударами бомбардировщиков.