не воспринимает метафоры, сленг и вопросительные интонации в приказе. Кажется, примерно так было написано в буклете по эксплуатации. – Порадуйся, – повторил он, растягивая слово по слогам. – Улыбнись там, спляши… Эй, я в переносном смысле! Не надо плясать, у тебя еще ребра не срослись! Гибрид вернулся в неподвижное состояние, замерев на стуле. Заф закатил глаза. – Подводя итог – мы теперь семья. – Сообщил он, обращаясь скорее к потолку. – Потому что в этой части Вселенной у меня больше нет никого родного. А на безрыбье и гибрид с кровью лае – почти лае. – Гибрид не может вступить в официальный брак, так как является техническим оборудованием. Запихнув тарелку в посудомоечную машину, Заф застонал. – И что? – Не выдержав, уточнил он у гибрида. Итаним завис, обрабатывая вопрос. – Гибрид не может вступить в официальный брак, так как является техническим оборудованием типа «биоробот», – повторил он. – И что? – Глядя ему в глаза, задал тот же вопрос хирург. – Гибрид не может вступить в официальный брак, так как является техническим оборудованием. – И что? – Гибрид не может… – А в неофициальный может? Итаним молчал секунд десять. – Гибрид не может вступить в неофициальный брак, так как является… – И что? – Снова мстительно спросил Заф, начиная получать от происходящего если не наслаждение, то какое-то гаденькое удовлетворение. – Гибрид не может вступить в неофициальный и официальный брак, так как является техническим оборудованием. – Отчитался Итаним. – Дай мне обозначение слова «семья». – Семья – социальный институт, базовая ячейка общества, – обработка данных у гибрида заняла секунду, и он начал говорить, словно зачитывая с листа. – Семья принадлежит к важнейшим общественным ценностям. Признаки семьи – добровольность вступления в брак, союз мужчины и женщины, члены семьи связаны общностью быта, стремление к рождению, социализации и воспитанию детей, длительность отношений, пространственная и временная ограниченность, межличностная интимность, психическая, духовная и эмоциональная близость, ответственность друг за друга, обязанность друг перед другом. С конца двадцать первого века семью могут создавать объекты одного пола. – Это ты зачитываешь определения человеческой семьи? – Уточнил Заф, вытирая руки полотенцем. – Да. – Юридически браки между представителями разных рас возможны? – Да. – А между человеком и гибридом? – Нет. Гибрид не является человеком. Гибрид – киборг, биоробот, техническое оборудование, машина. – А между не человеком и гибридом? «Обработака» вопроса заняла полторы секунды. – Юридически гибрид не относится к разумным расам. Гибрид – техническое оборудование, и не может вступать в официальный брак… – И что? – В который раз спросил Заф, ощущая себя самым отвратительным садистом из всех существующих. – Почему неофициально этого нельзя сделать? – Гибрид – техническое оборудование. – В голосе куклы словно на мгновение прорезалась обреченность. Тупой хозяин, не понимает таких вещей. – Гибрид не может вступить в официальный или неофициальный брак. Скорее больной. Фантазия разыгралась. – Может. – Уверенно сообщил Заф. Итаним уставился на него. «92% правды» – Почему? – На лице киборга ничего не дрогнуло. – Необходимо уточнение для коррекции данных в программе самообучения. – Сколько моей крови в тебе? – По примерным расчетам… – Больше половины? – Перебив его, невинно уточнил Чайка, захлопнув посудомойку. – Да. – Значит, для меня ты на объем всей перелитой крови являешься представителем моей расы. Я могу создавать семью лишь с представителем моей расы. Ты под это определение подходишь. – Я являюсь техническим оборудованием… – опять произнес гибрид, но замолк на середине. Стеклянный взгляд его замер на лице Зафа. – Я являюсь машиной. С машиной нельзя вступать в официальный или неофициальный брак. – И что? – С наслаждением протянул Чайка, сложив руки на груди. Тренироваться он точно будет уже не сегодня. – Я тебя взял под крыло? Взял. Опекать буду? Буду. Кормить, одевать, беречь, выполнять обязательства буду? Буду. Чем это не семья? – Гибрид не может вступить в официальный или неофициальный брак. – Заф зажмурился, мысленно дорисовывая обреченность и непонимание в безэмоциональном голосе киборга, – потому что является техническим оборудованием. – И что? – Снова повторил хирург. – Гибрид не обладает разумом, – рыжик наконец выдал другой ответ. – А ты обладаешь? Рыжий замолчал, вежливо пялясь в глаза хозяину. – Киборги и гибриды же не могут врать, да? – Аккуратно спросил Заф. – Ответ положительный. – Киборги и гибриды могут чувствовать боль? – В процессор поступает информация от рецепторов. – Киборги и гибриды могут обладать разумом? – Нет. – Рыжий моргнул. – Данное утверждение невозможно. Заф прислонился к плите, внимательно рассматривая гибрида. Плохой получался разговор. Бессодержательный. Давящий на мозги. Соня права. И Илья прав. Химеры неразумны. Каи неразумны. Гибриды и киборги… Эти хотя бы делают вид, что у них есть личность. Спасибо программам и хорошей самообучаемости. Вот только Зафу стало самую малость нехорошо. Он помнил ангар и идущую от гибрида боль. Слабую, почти неощутимую – но очень похожую на настоящую. Очень хотелось верить что там, кроме симбиоза мозга и процессора есть не только ровные строчки кода и сигналы от рецепторов. Чайке хотелось верить, что решение он принял, не поддавшись на программу подчинения, а в действительности услышав чужие эмоции. – Ты разумный? – Из буклета Заф узнал, что для лучшего понимания приказов гибриду нужно смотреть в лицо. На случай, если речь у обладающего правом управления нечеткая, смазанная или с акцентом. Итаним молчал, все так же размеренно дыша. Футболка, которую ему выдал Заф, была гибриду слишком велика, и из широкого выреза торчали тощие ключицы. Пижамные штаны пришлось обрезать на глаз – хирург почти угадал с длиной, а вот проблему с шириной спасла только резинка. – Процессор в норме и распознает команды, – наконец произнес гибрид. – Я хотел бы, чтобы ты был разумным, – со вздохом сообщил Заф, после чего посмотрел на лежащий на краю стола планшет. – Даже если ты просто кукла. В любом случае, я буду тебя защищать. В тебе кровь лае, этого достаточно, чтобы считать тебя моей семьей. Отлипнув от плиты, врач вытащил из холодильника пакет с молоком, и налив его в новую чашку, поставил перед Итанимом. Баночку с медом и ложку он положил рядом на столе. – Пей. Если захочешь еще – молоко в холодильнике. А мне пора собираться на работу. ***
