- Джуниор в седьмой, старший в девятнадцатой. Старший прибыл с тем парнем, Тибодо, но вынужден был уже послать его куда-то с поручениями, потому что только что лично ходил посмотреть, как там его сын, - она цинично улыбнулась. - У сына он недолго пробыл. В основном болтал по своему мобильнику. Его мальчик теперь просто сидит, хотя уже пришел в сознание. А когда Генри Моррисон его к нам привез, он был совсем потерянным.
- У Большого Джима аритмия? Какого уровня?
- Терстон ее успокоил.
«На пока что, - подумал Расти, не без удовольствия. - Когда закончится действие валиума, он вновь запаникует на полную силу».
- Сходи, осмотри в первую очередь сына, - сказала Джинни. В фойе они стояли одни, но она говорила тем же тихим голосом. - Он мне не нравится, никогда он мне не нравился, но сейчас мне его жаль. Не думаю, чтобы ему осталось много времени.
- А Терстон говорил что-то Ренни о состоянии Джуниора?
- Да. Что проблема у него потенциально серьезная. Но, очевидно, не настолько серьезная, как все те звонки, которые старший делал в это время. Наверняка, кто-то ему сообщил о дне свиданий в пятницу. А Ренни и распсиховался.
Расти вспомнил коробочку на Черной Гряде, просто тоненький прямоугольник, площадью едва ли пятьдесят квадратных дюймов, и все-таки он не смог ее поднять. Даже сдвинуть с места не смог. И еще ему припомнились те хохочущие кожеголовые, которых он также там видел.
- Есть люди, которые неодобрительно относятся к свиданиям.
5
- Как ты чувствуешь себя, Джуниор?
- О'кей. Лучше, - голос у него звучал бесцветно. Одетый в госпитальные кальсоны, он сидел возле окна. Безжалостный свет бил ему в измученное лицо. Он выглядел обессиленной жизнью сорокалетним дядей.
- Расскажи мне, что случилось, прежде чем ты потерял сознание.
- Я шел в школу, но вместо этого пошел к дому Энджи. Я хотел ей сказать, чтобы помирилась с Фрэнком. Он запал в крутой депрессняк.
Расти подумал, может, ему спросить, знает ли Джуниор, что и Фрэнк, и Энджи мертвы, однако потом решил, что не следует - какой смысл? Вместо єтого он спросил:
- Ты шел в школу? А что насчет Купола?
- О, точно, - тот же самый бесцветный, безэмоциональный голос. - Я о нем совсем забыл.
- Сколько тебе лет, сынок?
- Двадцать… один?
- Как звали твою мать?
Джуниор на это задумался.
- Джейсон Джиамби[382], - наконец произнес он, а затем пронзительно рассмеялся.
Но апатическое, безэмоциональное выражение на его лице нисколечко не изменилось.
- Когда опустился Купол?
- В субботу.
- А сколько дней тому назад это было?
Джуниор насупился.
- Неделя? - наконец произнес он. - Две недели? Он уже как-то долго стоит, это точно. - Наконец он обратился к Расти. Глаза у него сияли благодаря валиуму, который ему вколол Терстон Маршалл. - Это тебя Бааарби подговорил задать все эти вопросы? Он их поубивал, ты это знаешь? - Он кивнул. - Мы нашли его марийские погоны. - И после паузы: - Армейские жетоны.
- Барби меня ни на что не подговаривал, - сказал Расти. - Он в тюрьме.
- А очень скоро он окажется еще и в аду, - произнес Джуниор с равнодушной отстраненностью. - Мы его осудим и казним. Так сказал мой отец. В Мэне нет смертной казни, но он говорит, сейчас у нас военное положение. В яичном салате многовато калорий.
- Это точно, - кивнул Расти. Он принес с собой стетоскоп, аппарат для измерения кровяного давления и офтальмоскоп. Теперь он обматывал манжету вокруг руки Джуниора. - Ты можешь назвать по порядку трех последних президентов, Джуниор?
- Конечно. Буш, Туш и Пунш, - он дико захохотал, но так же без изменения выражения на лице.
Давление у него было 147 на 120. Расти был готов к худшему.
- Ты помнишь, кто приходил к тебе передо мною?
- Эй. Тот старикан, которого мы с Фрэнки нашли на озере как раз прежде чем найти ребятишек. Я надеюсь, эти дети сейчас в порядке. Они были такие симпотные.
- Ты помнишь их имена?
- Эйден и Алиса Эпплтон. Мы ходили в клуб, и та рыжая девка подрочила мне под столом. Думала, если будет так ублажать меня, то не надоест. - Пауза. - Проехали.
- Ага, - кивал Расти, настраивая офтальмоскоп.
Правый глаз Джуниора был в норме. Оптический диск левого глаза был набухшим, в том состоянии, которое носит название папиледема. Обычный синдром прогрессирующих опухолей в мозге и отеков, которые их сопровождают.
- Считаешь меня простаком-деревенщиной?
- Нисколько. - Расти отложил офтальмоскоп и поднял перед лицом Джуниора указательный палец. - Я хочу, чтобы ты дотронулся своим пальцем до моего. А потом дотронулся до своего носа.
Джуниор это выполнил. Расти начал медленно водить пальцем вперед и назад.
- Продолжай.
У Джуниора получилось движущимся пальцем коснуться своего носа только один раз. Потом он попал в палец, но себе дотронулся до щеки. На третий раз он и в палец не попал и дотронулся до своей брови.
- Оба-на. Хочешь еще? Я могу это делать целый день, знаешь ли.
Расти отодвинул свой стул и встал.
- Я пришлю к тебе Джинни Томлинсон с назначениями.
- А после того, как я их получу, могу я уже пойти момой? Домой, то есть.
- Останешься ночевать у нас, Джуниор. Надо за тобой понаблюдать.
