- Еб твою мать, да не только пропан. Еще какие-то химикаты тоже, потому что некоторые языки пламени там были зелеными. Если бы оно двинулось в мою сторону, мне был бы гаплык. И вам, народ, также. Но его засосало на юг. Здесь сыграл какую-то свою роль еще и рельеф, мне-то оно и не удивительно. И русло реки, конечно. Ну, словом, я понял, что должно произойти, и извлек баллоны из кислородного бара…
- Откуда? - переспросил Барби.
Сэм сделал последнюю затяжку, затоптал окурок сигареты.
- А, это я просто так называл то сараишко, где хранил кислородные баллоны. Ну, словом, у меня их было полных пять штук.
- Пять! - буквально простонал Терстон Маршалл.
- Конечно, - удовлетворенно подтвердил Сэм, - но пять штук я бы никак не потянул. Старею, сами понимаете.
- А вы не могли себе найти легковое авто или пикап? - спросила Лисса Джеймисон.
- Мэм, у меня водительские права забрали еще семь лет тому назад. Или, может, уже восемь прошло. Многовато набралось штрафов за вождение в нетрезвом состоянии. Если бы меня поймали за рулем чего-то большего, чем ручная тачка, меня бы заперли в окружной тюрьме и выбросили ключ.
Барби было думал указать на фундаментальную погрешность в таком его предположении, но зачем было лишний раз выдыхать, когда вдох сейчас давался с таким трудом.
- Ну, словом, четыре баллона в этой коляске я решил, что осилю, и еще не прошел и четверти мили, как начал уже тянуть из первого. Должен был - потому что, вы же понимаете…
Джеки Веттингтон спросила:
- А вы знали, что мы здесь?
- Нет, мэм. Здесь просто возвышенность, вот и все, и я понимал, что мои воздушные консервы не протянут долго. О вас я даже не догадывался и об этих вентиляторах тоже. Это просто тот случай, когда некуда больше было прятаться.
- А почему вы добирались так долго? - спросил Питер Фримэн. - Отсюда же до Божьего Ручья не больше трех миль.
- Ну, тут такая смешная штука, - начал Сэм. - Я шел себе по дороге, по дороге Черная Гряда, знаете, ну, мост перешел, все путем… и сосал себе еще из первого баллона, хотя он уже был горячий, как черт, и тогда… о! Народ, а вы видели того мертвого медведя? Того, что, похоже, развалил себе мозг, убившись об телефонный столб?
- Мы видели его, - кивнул Расти. - Дайте-ка, я попробую угадать. Немного дальше, после того медведя вы упали в обморок.
- А откуда вы об этом узнали?
- Мы сюда тоже добирались этим путем, - объяснил Расти, - и там действует какая-то специфическая сила. Похоже на то, что на детей и стариков она действует сильнее всего.
- Не такой я уже и старый, - возразил Сэм, явным образом обидевшись. - Я просто поседел рано, как и моя мамаша.
- Вы долго лежали в беспамятстве? - спросил Барби.
- Ну, часов я не ношу, но, когда я наконец-то очухался, было уже темно, значит, вероятно, долго. Один раз я проснулся, потому что ощутил, что мне не хватает воздуха дышать, и переключился на другой баллон и вновь заснул. С ума сойти можно, не так ли? А какие сны мне снились! Чисто тебе трехаренный цирк[477]! Потом я проснулся уже по-настоящему. Было уже темно, и я переключился на другой баллон. Перебрасывать шланг было совсем легко, потому, что тьма там не была полной. А должна была же быть, должно было быть темно, как у негра в жопе, со всей той сажей, которую огонь понакидывал на Купол, но там, где я лежал, что-то такое светилось. Днем его увидеть нельзя, а вот ночью там словно собрался миллиард светляков вместе.
- Лучезарный пояс, мы так его называем, - произнес Джо. Дети стояли тесной кучкой - он, Норри и Бэнни. Бэнни кашлял себе в кулак.
- Хорошее название для той штуки, - одобрительно кивнул Сэм. - Ну, словом, я понял, что здесь кто-то есть, потому что тогда уже услышал эти вентиляторы и увидел огни прожекторов. - Он мотнул головой на лагерь по другую сторону Купола. - Не знал только, успею ли добраться, пока не кончится мой воздух, этот пидарский холм меня едва не доконал, я сосал и кашлял, как черт его знает кто… но справился.
Он с интересом посмотрел на Кокса.
- Эй, там, полковник Клинк[478], я вижу, у вас изо рта пар идет. Вы или шинель на себя набросьте, или идите сюда, к нам, у нас здесь тепло. - Сэм захохотал, показывая небогатые остатки своих зубов.
- Моя фамилия не Клинк, а Кокс, и со мной все обстоит благополучно.
Джулия спросила:
- А что вам снилось, Сэм?
- Удивительно, что вы спрашиваетесь, - произнес он, - потому что я запомнил только один кусок из всего ряда, и он был как раз о вас. Вы лежали на сцене, на площади, вы там лежали и плакали.
Джулия сжала руку Барби, и сильно, но, не отводя глаз от Сэма.
- Откуда вы знали, что это была я?
- Потому что вы была накрыты газетами, - ответил Сэм. - Номерами «Демократа». Вы их на себя тянули так, словно под низом вы были голой, прошу пардона, но вы сами спрашиваете. Разве это не самый смешной сон, о котором вы когда-нибудь слышали?
Трижды пропикала рация Кокса: фить-фить-фить. Он снял ее с пояса.
- Что там? Говорите быстро, потому что я здесь как раз занят.
Все услышали голос, который произнес из рации:
