Боксёр был небольшим дядечкой, футов пять и четыре дюйма в высоту, но тут уже он вытянулся в полный рост, выпятив грудь:
— Ждите и будьте прокляты. Я не расцениваю оральную хирургию — на которую, кстати, я не получил сертификата от штата Мэн — как равноценную отплату за пару пластырных повязок. Я зарабатываю себе на жизнь работой, Эверетт, и ожидаю, что моя работа будет оплачена.
— Плату вы получите на небесах, — произнёс Барби. — Не так ли сказал бы ваш друг Ренни?
— Он не имеет никакого отношения к…
Барби подступил ближе и впялился в сделанную из зелёного пластика продуктовую корзину в руке Боксёра. Там, на рукоятке, ясно читались печатные буквы: «СОБСТВЕННОСТЬ „ФУД-СИТИ“». Боксёр попробовал, правда, без особого успеха, заслонить от него корзину своим телом.
— Поскольку говорится об оплате, нам интересно, вы заплатили за эти вафли?
— Не смешите меня. Все там брали себе что угодно. А я взял всего лишь это, — он с вызовом взглянул на Барби. — У меня очень большой холодильник, и, так уже случилось, я очень люблю вафли.
— То, что все там брали себе что угодно, не очень поможет вам защититься от обвинений в грабеже, — ласково произнёс Барби.
Боксёру просто некуда уже было тянуться выше, однако как-то он это сделал. Лицо у него покраснело почти до пурпурности.
— Тогда ведите меня в суд! Откуда здесь суд? Дело закрыто! Да?
Он уже чуть было не отвернулся, но Барби его схватил, но не за руку, а за корзину.
— В таком случае я это конфискую, вы согласны?
— Не имеете права!
— Нет? Тогда ведите меня в суд, — улыбнулся Барби. — О, я забыл, откуда здесь суд?
Доктор Боксёр покосился на него, оскалив свои мелкие, безукоризненные зубки.
— Мы запросто приготовим эти вафельки в тостере в нашем кафетерии, — сказал Расти. — Объедение будет.
— Ага, надо скорее включить тостер, пока у нас ещё работает электричество, — пробурчал Твич. — А как выключится, можно насадить их на вилки и поджарить в инсинераторе на заднем дворе.
— Вы не имеете права.
— Позвольте мне полностью прояснить для вас ситуацию, которая сложилась, — начал Барби. — Если вы не сделаете того, что от вас хочет Расти, я не имею намерения отдавать ваши «Егго».
Захохотал Чез Бендер, у которого были залеплены пластырем переносица и щека. Не по-доброму захохотал:
— Платите наличными! Разве не так вы сами постоянно говорите, док?
Боксёр перевёл свой горящий взгляд сначала на Бендера, потом на Расти.
— То, чего вы желаете, почти не имеет шансов на осуществление. Вы и сами должны это понимать.
Расти открыл жестяную коробку и протянул к нему. Внутри лежало шесть зубов.
— Тори Макдоналд прособирала их возле супермаркета. Ползала на коленях и нащупывала пальцами в лужах крови, которая натекла с Джорджии Руа. Итак, если вы желаете в ближайшее время завтракать вафлями «Егго», доктор, вы должны вставить эти зубы назад в голову Джорджии.
— А если я просто уйду отсюда?
Чез Бендер, учитель истории, сделал шаг вперёд. С крепко сжатыми кулаками.
— В таком случае, мой дорогой корыстолюбец, я выбью из вас дерьмо на парковке.
— А я помогу, — добавил Твич.
— Я не буду помогать, но охотно вас потом осмотрю, — заверил Барби.
Послышался смех, кое-кто зааплодировал. Барби одновременно стало и смешно, и гадко.
Плечи у Боксёра поникли. Как-то сразу он стал маленьким человечком, который попал в слишком сложную для него ситуацию. Он взял в руки жестяную коробку, посмотрел на Расти:
— Выполненная при оптимальных условиях оральная хирургическая операция по реимплантации этих зубов могла бы увенчаться успехом, они могли бы действительно укорениться, но я бы не отважился гарантировать что-то этой пациентке. Если я сделаю операцию, это будет счастье, если у неё приживётся один-два зуба. Более вероятно, что они попадут с вдохом ей в трахею, и она удавится.
Коренастая женщина с копной ярко-рыжих волос толкнула Боксёра в плечо.
— Я буду сидеть рядом с ней, и буду следить, чтобы этого не случилось. Я её мать.
Доктор Боксёр вздохнул.
— Она в сознании?
Не успел он сказать ещё что-нибудь, как на площадку перед больницей подкатили два полицейских экипажа, один из них был зелёным джипом шефа. Из передней машины вылезли Фрэд Дентон, Джуниор Ренни, Фрэнк Делессепс и Картер Тибодо. Из второй — Рендольф и Джеки Веттингтон. И жена Расти с заднего сидения. Все были вооружены и, приблизившись к дверям госпиталя, вынули пистолеты.
Небольшая толпа, которая наблюдала конфронтацию с дантистом, отхлынула немного назад, кое-кто из этих людей не сомневался, что сейчас их будут арестовывать за кражи.
Барби обернулся к Расти Эверетту.
— Посмотри на меня.
— Что ты имеешь ввид…
— Смотри на меня! — Барби поднял руки, крутя ими во все стороны. И тогда задрал майку, показывая свой плоский живот, потом спину. — Ты видишь какие-то следы? Ушибы?
— Нет…
— Не забудь им об этом сообщить так, чтобы они поняли, — сказал Барби.
Только на это у него и хватило времени. Рендольф завёл своих офицеров в двери.
— Дейл Барбара? Выступите вперёд.
Не успел Рендольф поднять пистолет, как Барби сделал шаг. Потому что случаются разные происшествия. Иногда запланированные.
