Сиротка не смогла сдержаться и вскрикнула.
— Внимание! — крикнул детектив полицейским, стоявшим за ним. — Не спускать глаз с той веселой компании, вон там. Руки вверх, господа!
— Боже мой! — прошептал Эсте. — Надо быстро отсюда выбираться! — Он повернулся к принцу. — Нельзя этого допустить, Тед. Тебя ни в коем случае не должны здесь увидеть. Я отвлеку их внимание, а ты спускайся вниз к машине.
Он сделал шаг по направлению к боковому выходу.
— Эй, там, руки вверх! — крикнул человек в штатском. — Я не шучу! Кто из вас Честнут?
— Вы сумасшедший! — крикнул Эсте. — Мы британские подданные. Мы не позволим втянуть нас в грязные провокации!
Послышался женский крик, началось общее движение по направлению к лифту, резко прекратившееся под дулами двух автоматических пистолетов. Девушка рядом с Сироткой упала в обморок и свалилась на пол, и в тот же момент послышалась музыка с соседней крыши.
— Прекратите музыку! — взревел человек в штатском. — И надеть «браслеты» на всю компанию — живо!
Двое полицейских стали приближаться к их группе; в тот же миг Эсте и остальные спутники принца вытащили револьверы и, как можно плотнее закрывая принца, стали двигаться к стене зала. Прозвучал выстрел, затем еще один, послышались звуки падающего серебра и бьющегося фарфора — посетители стали быстро прятаться, опрокидывая столики.
Началась общая паника. Последовало один за другим три выстрела, затем началась беспорядочная пальба. Сиротка видела, как Эсте хладнокровно выстрелил по восьми горящим светильникам, и воздух наполнился густым серым дымом. Как нелепый аккомпанемент к звукам выстрелов и криков, не прекращаясь, шумел далекий джаз.
И вдруг все неожиданно кончилось. Над крышей прозвучал резкий свисток, и сквозь дым Сиротка увидела, как Джон Честнут с поднятыми руками направляется к человеку в штатском. Послышался последний истерический крик, холодный треск фарфора, когда кто-то случайно наступил на кучу тарелок, и над крышей повисла тяжелая тишина — даже оркестр, кажется, умолк.
— Все кончено! — громкий голос Джона Честнута прозвенел в ночном воздухе. — Вечеринка окончена. Желающие могут расходиться по домам!
Тишина продолжалась — Сиротка знала, что это была благоговейная тишина — груз вины свел Джона Честнута с ума.
— Все отлично сыграли! — крикнул он. — Благодарю всех и каждого. Если остались еще не перевернутые столики, занимайте — шампанское будут подавать, пока все не разойдутся.
Сиротке показалось, что крыша и звезды над ней вдруг стали все быстрее и быстрее кружиться. Она увидела, как Джон и детектив сердечно пожали друг другу руки, а затем детектив широко улыбнулся и засунул пистолет в карман. Снова послышалась музыка, и упавшая было в обморок девушка вдруг обнаружилась танцующей в углу с лордом Чарльзом Эсте. Джон бегал туда и сюда, хлопая всех по плечам, смеясь и пожимая руки. Затем он направился к ней, свежий и невинный, как дитя.
— Не правда ли, получилось великолепно? — воскликнул он.
Сиротка почувствовала, как к ней подкрадывается слабость. Она протянула руку назад и нащупала стул.
— Что здесь произошло? — ничего не понимая, воскликнула она. — Ущипните меня — это сон?
— Конечно, нет! Это самая настоящая явь. Я все это придумал, Сиротка, разве ты не поняла? Я все это придумал для тебя. И все организовал. Единственная прозвучавшая за вечер правда — это мое имя!
Она неожиданно рухнула ему на грудь, хватаясь за лацканы пиджака, и упала бы на пол, если бы он вовремя ее не подхватил.
— Шампанского, быстрее! — крикнул он, а затем прикрикнул на Принца Уэльского, стоявшего поблизости: — Эй, ты! Распорядись, чтобы подали мою машину, живее! Мисс Мартин-Джонс переволновалась и упала в обморок.
Небоскреб разлаписто вздымался тридцатью рядами окон, затем вытягивался, напоминая ровный кусок сахара, блестящий и белый. Затем шла еще сотня футов изящного шпиля, сужавшегося в ровную продолговатую башню, упиравшуюся в небеса, словно тонкая игла. В высоком окне на самом верхнем этаже стояла Сиротка Мартин-Джонс, вдыхая свежий ветер и глядя с высоты на город.
— Мистер Честнут просит вас пройти прямо в его личный кабинет!
Ее изящные ножки послушно двинулись по ковру в просторное помещение, из которого открывался вид на гавань и открытое море.
Джон Честнут сидел за столом, поджидая ее, и Сиротка подошла к нему и обняла его за плечи.
— Это правда ты сам? — с беспокойством спросила она. — Честно?
— Ты написала мне лишь за неделю до приезда, — будто оправдываясь, сказал он, — и я просто не успел устроить для тебя революцию!
— Это все было только ради меня? — спросила она. — Все это безумное восхитительное представление — просто ради меня?
— Безумное? — он задумался. — Ну, не совсем, хотя началось действительно именно так. В последнюю минуту я пригласил владельца одного ночного клуба, и пока ты сидела за соседним столиком, я продал ему свою идею.
Он посмотрел на часы.
