Им повезло. Хотя ни одного знакомого рыбака на месте не оказалось, зато у причала покачивалась на воде длинная черная гондола, а на носу скучал гондольер, по всей видимости, доставивший на остров пассажиров.
— Приветствую вас, прекрасные синьорины! — воскликнул он и помог девушкам подняться на борт.
Устроившись на кожаном сиденье, Кассандра вдруг почувствовала себя немного виноватой, оттого что не захватила письмо Луки. Во время пути она могла бы его прочитать. Мадалена без устали твердила подруге, как ей повезло — обзавестись таким умным и верным суженым, как Лука да Перага. Приданое Кассандры, состоявшее в основном из золотых украшений, подаренных Агнессой, было вполне достойным, но не представляло собой ничего выдающегося. Отец Мадалены, хоть и происходил из семьи простых ремесленников, мог предложить Марко куда больше. Так что Мада права. Кассандре стоило благодарить судьбу хотя бы за то, что ее не отдадут за дряхлого, беззубого лавочника.
День выдался чудесный, без единого облачка. Все-таки венецианская весна своевольна и непредсказуема. Оказавшись в фельце под надежной защитой от яркого солнца, Кассандра и Сиена закрыли зонты. Кассандра откинулась на спинку сиденья и глубоко вздохнула. Сиена протянула ей веер из страусовых перьев в оправе слоновой кости. Девушка послушно принялась обмахиваться. Корсет, как всегда, был затянут невыносимо туго, не давая глубоко вздохнуть.
Сиена все тревожилась:
— Вы точно хорошо себя чувствуете?
Кассандра ответила не сразу. А как она в действительности себя чувствует? Прошлая ночь казалась сном. Кладбище. Вместо Ливианы — убитая незнакомка. Фалько. Кассандре делалось дурно от бесконечных вопросов, теснившихся в голове. Что убийца сделал с телом ее подруги? Зачем понадобилось прятать один труп, чтобы положить на его место другой? Что означала рана в виде креста на груди куртизанки? Где теперь Ливиана?
Нет, то был не просто сон: кошмар. Кассандра сжалась от воображаемой боли, представив, как тонкое лезвие рассекает ее кожу.
— Синьорина! — Сиена заглянула ей в лицо.
— Все в порядке, — резко ответила Кассандра и добавила с вымученной улыбкой: — Я плохо спала. Только и всего.
Надо взять себя в руки и спокойно во всем разобраться. Если бы она не проспала, успела бы записать все в дневник и, возможно, перебирая в памяти заново все события, смогла бы отыскать в них ускользающий смысл. Кассандра открылась бы Сиене, но она знала, что служанка непременно проболтается Агнессе о ночных прогулках своей госпожи. Нет, случившееся надлежало держать в тайне, по крайней мере до тех пор, пока она не сможет что-то разузнать. Кассандра решила, что нынче же вернется на кладбище, чтобы отыскать следы убийцы и выяснить, что стало с телом Ливианы.
А пока стоило последовать совету Фалько и на время выбросить из головы мрачные мысли. Чтобы развеяться, девушка отдернула полог и принялась смотреть по сторонам.
— Кассандра! — запротестовала Сиена. — Вы же знаете, ваша тетушка не любит, когда все на вас пялятся.
Кассандра сняла шляпу и встряхнула кудрями.
— Никто на меня не пялится, Сиена. Все заняты своими делами.
Камеристка покачала головой, но возразить не посмела. Гондола тем временем приблизилась к главному острову Венеции. Несмотря на ясный день, его по-прежнему укрывал туман. Дымка свисала с крыш домов, словно тонкая кружевная вуаль. Лодка миновала доки, располагавшиеся прямо за
Кассандра вспомнила, как его взгляд скользил по изгибам ее тела, словно пытаясь проникнуть под одежду. От этой мысли она зарделась еще больше и поспешно отвернулась от Сиены. Если камеристка еще раз осведомится о здоровье госпожи, она выпрыгнет из гондолы прямо в воду.
За бортом пенилась желтоватая соленая вода. Когда Кассандре было девять, она едва не прыгнула в канал по собственной воле. Они с Ливианой умчались вперед, оставив нянек далеко позади. Взобравшись на перила древнего каменного моста, Кассандра двинулась вперед, подначивая Ливиану сделать то же самое. Малышка храбро полезла на перила вслед за старшей подругой, но их заметил какой-то мастеровой и поднял крик. Бедняжка Ливиана потеряла равновесие и полетела вниз. Когда голова девочки появилась над водой, она выглядела такой несчастной, что Кассандра решила из солидарности прыгнуть вслед за ней. Нянька подхватила ее в последний момент, так что бесстрашная шалунья всего-навсего лишилась башмаков, которые утонули в канале.
Тот урок Кассандра запомнила на всю жизнь. Вода в канале была грязной, жирной, вонючей и полной одному богу известно какой заразы. Тогда Ливиана не заболела, но теперь Кассандре казалось, что в безвременной кончине подруги есть доля ее вины.
Как же Кассандра по ней скучала!
