Как там она показывала – так держать, так давать смесь. С большим трудом и замиранием сердца я подношу ложку со смесью на кончике, осторожно заливаю в рот, и она ее забирает языком. Так смешно. Пробую еще раз и еще раз. При верхнем свете я могу ее рассмотреть. Да простят меня все мамы новорожденных детей, но большой красоты я не увидела. Обычная новорожденная девочка, сестры мне много раз таких своих показывали. Маленький носик, пухлые щечки, длинные черные волосы.
Но вот она открывает свои глаза, и я понимаю, о чем говорила Оксана: они невероятно синие-синие, с каким-то инопланетянским взглядом. Красавица!
Она съела несколько капель смеси и устала. Я совершенно дремучая в вопросах ухаживания за новорожденными, но даже я знаю, что после кормления ребенка носят столбиком. Сказывается жизнь в окружении постоянно беременных и рожающих сестер. Осторожно прижимаю девочку к себе, ношу столбиком, глажу спинку, хожу по палате и даже напеваю.
Еще через час Оксана отпустила меня домой. Я положила спящую девочку в люльку и погладила маленькую ручку. Не знаю, что я чувствую, но страха и паники сейчас нет. Меня просто потряхивает от адреналина.
Есть усталость и голод. И огромное желание завалиться спать. Интересно, как я сейчас вызову такси и по какому тарифу? Оксана провожает меня к выходу и говорит, что я могу ехать прямо в их халате, потом привезу, когда приду навестить девочку и ее маму. Ага, как же! Прямо-таки прибегу! Прямо с утра! Пусть уж лучше эта добрая женщина считает меня воровкой больничных халатов.
Лишь бы вызвать такси. Начинаю звонить операторам и слушаю музыку вместо живого голоса. Живых там уже не осталось.
В приемном покое на диванчике, неудобно скрутившись и развалив крылья, спит архангел Гавриил, замотанный в мою шубу. Аллилуйя! У меня есть такси!
Разбудила Гаврилыча, обрадовала тем, что родилась здоровая девочка, а Кира в реанимации. Попросилась отвезти домой.
Вежливо прощаемся с медперсоналом, желаем счастья в Новом году и уходим.
В отражении стеклянной двери, уже взявшись за ручку, замечаю что-то непонятное. Зеленые крылья у себя за спиной вижу, а красные не вижу. Резко сложила зеленые, опустила вниз до упора, а красных все-равно нет. Повернулась боком. Нет.
А…ммм?
Какой самый короткий день в году? Нет, не 21 декабря, а 1 января. Проснулся, позавтракал, стемнело. А я в этот день проснулась сразу вечером. Спала бы и дальше, но меня разбудили настойчивые телефонные звонки. Бодрым и веселым голосом Мая поздравляет меня с наступившим Новым годом и спрашивает, когда я приду, они меня ждут. Я и забыла, что мы договаривались встретится. И, вообще, меня тошнит от ее безудержного веселья. Хороший человек моя подруга Мая, но могла бы веселиться чуть меньше.
– Я не могу Мая, извини. Мне плохо, я сплю.
– Ой, как же ты повеселилась этой ночью!
О да. Не описать словами мое веселье. Развлекалась во всю. Сначала бросила ресторан с кавалерами, шампанским и дедом Морозом, потом везла Киру в роддом, стала донором крови и согревала новорожденную дочь Киры и Вадима. Вот капец, как весело. Никому не желаю так встречать Новый год.
– Тогда мы едем в тебе!
– Зачем? Дайте умереть спокойно…
– Вот именно поэтому. Ты нам только дверь открой и все.
Я опять задремала и проснулась уже от звонка домофона. Умереть мне не дадут. Не сегодня. Я была совершенно не готова принимать гостей, в холодильнике стерильная чистота, елка не наряжена, сама лохматая и опухшая ото сна. И я даже не стала ничего с этим делать, как-то приукрашать ситуацию. Кто ко мне в гости сам настойчиво напрашивается, так ему и надо, пусть любят меня и такой.
Мая и Захар, похоже, любят меня очень сильно, вида моего не испугались, притащили гору еды, сами накрыли стол, а меня отправили приводить себя в божеский вид. Мая так и сказала:
– Сходи в душ, приди в себя, будем тебя реанимировать. Нельзя же так сильно развлекаться, честное слово.
Вот подожди, выйду из ванной и расскажу, где я встречала Новый год. Обхохочешься.
Это была здравая мысль – отправить меня в душ. Под струями горячей воды с меня смываются все страхи и переживания. Когда Гаврилыч высадил меня возле подъезда, у меня хватило сил только доползти домой и рухнуть на кровать прямо в том больничном халате, не раздеваясь. Очнулась же только от звонка телефона. Кстати, надо позвонить в роддом, узнать, как себя чувствуют Кира и ее дочь. Обожечки, у меня на животе лежал новорожденный ребенок! Чтобы остановить нахлынувший приступ паники я направила воду себе на голову.
В зеркале ванной я вижу свое немного помятое отражение. Зеленые крылья тусклые. А красных нет. Ну как так-то?
Когда я появилась перед своими гостями, почти красивая и совершенно проснувшаяся, они уже накрыли стол в гостиной и ждали меня. А че это они так жмутся друг к другу и хихикают? Мая сидит на коленях у Захара, а он, кажется, гладит ее по попе. Прекратите немедленно, не в моем доме, я порядочная женщина!
Что это со мной? Откуда это ханжество? Кто это здесь вдруг стал такой порядочной женщиной, что смущается от вида целующейся парочки?