На ознакомление с делами полка, совещание с руководящим составом и беседу с летчиками ушел почти весь день 5 октября. Но все же к вечеру я успел подняться в воздух на "кобре". Выполнил фигуры высшего пилотажа, опробовал в сторону моря мощное вооружение. Сделал вывод: воевать можно - самолет не только комфортабельный, но и грозный.
В военно-воздушных силах Черноморского флота давно сложилась традиция: прибыл в авиагарнизон - обязательно посети могилы боевых друзей, павших смертью храбрых в воздушных боях и на земле от ударов противника. В Геленджике погибло несколько летчиков из нашей 3-й эскадрильи и последними из них были Д. Г. Цыганов и Г. И. Матвеев.
Как погиб Дмитрий Григорьевич Цыганов, я уже знал, а вот как воевал Георгий Иванович Матвеев после ухода его из Севастополя на переподготовку в мое отсутствие и при каких обстоятельствах он погиб, я еще сведений не имел.
Рано утром 6 октября я с заместителем по политчасти подполковником Семеном Яковлевичем Леписа поехали на кладбище, где были захоронены авиаторы-черноморцы. Мы обошли многие могилы, задерживаясь у тех, где покоились близкие и дорогие нашему сердцу боевые друзья.
Вот могила Цыганова и почти совсем рядом - Матвеева. На постаменте его могилы - фотокарточка, сделанная незадолго до гибели. На груди четыре ордена Красного Знамени, что уже само говорило о том, каким он был командиром и воздушным бойцом.
Почтив память павших друзей, мы вернулись обратно. А вскоре Герой Советского Союза капитан К. С. Алексеев рассказал мне о последнем периоде службы и о гибели Георгия Матвеева.
После переподготовки Матвеев командовал все той же родной 3-й эскадрильей, а затем его назначили заместителем командира 6-го гвардейского истребительного авиаполка и присвоили звание майор. И вот во второй половине дня 13 мая 1943 года более 40 вражеских бомбардировщиков, прикрываемые двадцатью Ме-109, обрушили свой бомбовый груз на позиции наших войск в районе Малой земли. В воздух были подняты шестнадцать Як-1 во главе с командиром полка майором М. В. Авдеевым. В разгоревшемся воздушном бою гвардейцы сбили семь вражеских самолетов. Смело дрался и одержал очередную победу майор Георгий Матвеев, но в конце боя его самолет был подожжен, и летчик, покинув пылающую машину на парашюте, приводнился в Цемесской бухте.
Немедленно выслали из Геленджика МБР-2, прикрываемый четверкой истребителей, но из-за артобстрела и противодействия "мессеров" произвести посадку лодочный самолет не смог. Тогда по приказанию командира Новороссийской военно-морской базы контр-адмирала Н. Г. Холостякова в море вышел сторожевой катер, на борту которого находился заместитель командира 6-го гвардейского авиаполка по политчасти майор С. С. Изотов. Летчика катерники нашли, но, когда матросы подняли его на палубу, майор Матвеев был уже мертв...
С каждым днем все больше втягивался я в боевую работу 11-го гвардейского истребительного полка. Была налажена и боевая подготовка. Вскоре пришла радостная весть - наши войска очистили от врага Таманский полуостров. Получил приказ ознакомиться с аэродромом Анапа на предмет базирования на нем полка. В Геленджик прибыли полковник М. Д. Желанов и полковой комиссар А. С. Мирошниченко. Оказалось, что они тоже имели задачей обследовать этот и другие аэродромы. В путь отправились вместе автомашиной.
Вот выжженная до основания Кабардинка, а вслед за ней и кое-какие признаки гигантского в прошлом цементного завода. Все разрушено, разбито, сиротливо стояли в тупике лишь несколько железнодорожных платформ с высокими металлическими бортами. Как память боевому прошлому одну из них потом водрузят на постамент в районе цементного завода.
Миновали полуразрушенный Гайдук, небольшой горный перевал, называемый Волчьими Воротами. Здесь разрушений меньше, но зато бывшую курортную Анапу не узнать: от санаториев остались одни коробки. Так же выглядели служебные здания и учебный корпус морского пограничного училища. А вот летное поле аэродрома, капониры и землянки сохранились, требовалось лишь их разминировать.
Очень захотелось узнать, живы ли знакомые анаповцы, и прежде всего те, у кого квартировали в свое время командиры из 7-го авиационного полка. Подъехали к дому, где раньше жили я и начальник штаба части.
Из дома вышла хозяйка, которая вначале не узнала нас, а потом бросилась навстречу со слезами на глазах. После обмена вопросами и ответами женщина поведала нам любопытную историю.
