Рубан Александр
Под небесами
Мироздание по мне
1.
Влюблённый Демиург творит миры. Из ничего, из-под ладони голой возник хаос тончайшего помола, и замысел, весёлый до крамолы, уже диктует правила игры.,
ОН кружит
раз-два-три
в беспечном вальсе, швыряет звёзды в пажити небес. Покалывая лучиками пальцы, они спирально сыплются окрест.
ОН отбежал - полюбоваться с краю, не утерпел, склонился над одной и рядом стал лепить подобье раю...
(И я там был. Там дух витает мой. Там и поныне ждёт о НЁМ известий невеста - дочь небесного Отца...)
Горели ровно шандалы созвездий, и капал воск на маковку Творца. Творец играл. Лепил и снова комкал, то хохоча, а то срываясь в плач.
(Меж Марсом и Юпитером обломки одна из тех досадных неудач. Учти и ты: в тяжёлые моменты сочти игрой работу ни за грош!..)
ОН раздвигал перстами континенты, ОН сочинял на фауну патенты, сам у себя срывал аплодисменты и находил, что мир ЕГО - хорош!
2.
А человек был прихотью, ошибкой, вне замысла наброском на полях, парадоксальным вывертом, не шибко удачным, с прогрессирующей сшибкой двоичного мышления в мозгах.
Что видит разделяющий на "да" и "нет" всё в мире? Только плюс и минус, жара и холод, свет и темнота, добро и зло, реальность и мечта вот всё, что человек из Бога вынес, вся в этом мощь его и красота!
Пожал плечами: "Не принципиально. Живи себе!" - добрейший из Творцов. Так началась история отцов. Она жестока и сентиментальна. И кровь потоком, экспоненциально растущим, потекла с материков.
Судить по-человечески об этом? На минусы и плюсы разлагать? Стать гражданином, перестав поэтом быть? А игру в работу превращать? Любовь и кровь, как прежде, рифмовать, но не стилом отныне, а стилетом? Делить свои творенья на козлищ и агнцев?
Дудки! Разделитесь сами! Допустим так: на идолов с усами и смертных без. И прочь! И только лишь последний взгляд на снова неудачу.
Разрушится сама, как Фаэтон. А Я слеплю ещё. И не заплачу, коли опять получится не то убогое, из глины и огня, подобие Вселенной и Меня, а всё же предыдущим - не чета. Вперёд! Игра опять не начата. Вперёд! Вон к той планетке. А Земле последний взгляд Мой. Долгий, но после...
3.
Без божества - с Его последним взглядом, проникшим не во всех, не насовсем. Без мира - с унаследованным Адом, взаимно отрицающим Эдем.
Без мудрости - с посильным разуменьем добра и зла... А всё-таки живём. И даже что-то вроде вдохновенья на пешеходной "зебре" познаём,
то гневаясь, то истово лаская, то сдерживая судороги чувств... А жизнь такая... как тебе... такая... Не высказать. Я от неё тащусь.
Есть что-то в ней (шепну тебе на ухо, а ты поверь!), что нас лишает сна и тесен мир мятущемуся духу, и оболочка смертная тесна.
В темнице тела и в колодках быта влюблённый человек творит миры, и замысел, преступно НЕ забытый, нашёптывает правила игры.
Vox populi & vox Dei
1. Голос народа
О Господи, коли Ты есть на небе или возле, наш хлеб насущный даждь нам днесь, а масло можно после! Высок Твой замысел, Творец, а наша просьба ниже: пока не возведён дворец, не выселяй из хижин! Мы верим: цель Твоя блага к обетованным рощам, и неисповедим пока Твой путь, но мы не ропщем. Пускай ветра, пускай репьи цепляются за гачи Ты нас, убогих, укрепи, Ты нас направь, незрячих, зажги нам путеводный столп, дно моря обнажи нам. Мы всё сметём напором толп, молитвой одержимы:
Создатель! Ежели Ты есть,
Ты Сам всему виною!
Так ДАЙ нам хлеб насущный днесь,
а завтра - остальное!
Мы - Твой позор, Твоя вина,
венец, конец природы
так ДАЙ же к хлебу нам вина,
и зрелищ, и свободы!
ДАЙ, Бог, чтоб новый день прошёл
по краешку над кручей!
И пусть нам будет хорошо,
и с каждым днём всё лучше!
2. Голос Бога
Хорош ли мир, что Мною создан? Хорош. Поскольку не вполне! А что недостижимы звёзды так замышлялось Мне. А что стихии необорны так есть на что пенять. А что вы сами не проворны так есть о чём мечтать. Ни состраданья, ни участья не ждите от Меня. Хочу, чтоб вам хотелось счастья, как мотыльку - огня, чтоб о несбыточном мечталось и чудилось: "вот-вот...", чтоб в снах мучительно леталось, а в яви верилось в полёт. Мечтайте. Ползайте и мучьтесь, ужами прыгайте со скал. Мою, Божественную участь Я вам предначертал: пылать душею возмущенной, переплавлять в ея огне мир,
только тем и совершенный, что не вполне.
Старая-старая книга
1.
Пастух играет на свирели, досуг с работой совместив. Созвучны Авель и веселье, бесхитростен его мотив. А под рукой - праща и посох, а от костра - шашлычный дух.
Славит Бога и не просит
Божьих милостей пастух.
Суровый Каин спит на сене, жуёт коренья и плоды, клянёт погоду, невезенье и непосильные труды. Он тщится превозмочь природу да так, что тошно самому...
Разве сторож огорода
сторож брату своему?
2.
Рыбам - сети, а птицам - силки, а сынам человеческим - время неожиданных бед. С чьей-то лёгкой руки мы не так назовём своё время.
Будем петь: "Время славных побед!", забывая охотно про беды. И совсем не затем, что ушедшим от бед безопаснее петь про победы.
