А Гена продолжал рассказывать, казалось, ему доставляло удовольствие вспоминать это далекое время.
- Потом она мне записку написала, я ответил, и началась у нас деятельная переписка с намеками и недомолвками. Весь девятый класс записки друг другу строчили. В десятом классе мы уже встречались, к выпускным экзаменам вместе готовились. Выпускной вечер был для нас самым счастливым днем: мы поклялись друг другу в вечной любви. Я решил поступать в военное училище, а она собиралась идти работать. Мы хотели расписаться перед моим отъездом на учебу, но и мой отец и ее родители взбунтовались. Поэтому пришлось это дело отложить. Мы переписывались. Я приезжал каждый год в отпуск, она ждала меня - ни с кем не встречалась. Это было самое счастливое время в нашей жизни. После моего выпуска мы поженились и вместе поехали к месту моего назначения, в Хмельницкий. Квартиру нам дали сразу, с этим проблемы не было. Работать пошла пионервожатой в школу. Она очень детей любила. Говорила: сколько получится, столько и буду рожать. Но долго ничего не получалось, потом перенесла операцию из-за внематочной, и пошло-поехало, она сильно переживала из-за этого, головные боли начались на нервной почве. А здесь случайно на профилактическом осмотре обнаружили рак груди. Сказали: нужна срочная
операция, а после операции только два дня и пожила. Может, не надо было на операцию ложиться - подольше пожила бы, но кто же знал, как лучше,Гена задумчиво смотрел в одну точку.
Ладно, Генка, не казни себя, не виноват ты ни в чем, может, и лучше, что недолго мучилась. Давайте про что- нибудь веселое. Вот, знаете, какая со мной однажды история приключилась. Ехал я как-то в автобусе от друга, ни в одном глазу, культурненько так сижу на заднем сиденье. Вдруг подходит ко мне девка под градусом: как по роже мне треснет, я так и обомлел. Ничего понять не могу. А она уже опять руку разворачивает. Ну здесь уж я ее руку перехватил. Оказалось, что она меня со своим мужем перепутала, который рядом со мной сидел. Он уж передо мной извинялся, извинялся. А она ему говорит: "Ты чего перед ним извиняешься, ты мне спасибо скажи, что твоя рожа цела". А я неделю с синяком под глазом ходил, и, кому ни расскажу, как дело было, никто не верит: ты, говорят, байки нам не рассказывай. Вот так и пострадал я ни за что ни про что.
Надо было вознаграждение - сатисфакцию требовать. Чего ж ты растерялся? - засмеялась Света.
Небось, растеряешься. Еще никогда со мной такого не было, чтоб баба, да меня по роже била, когда я ни слухом, ни духом, ни в чем не виноват. Между прочим, Свет, после того, как мы тебе столько всего порассказали, ты нам могла бы про своего спасителя рассказать.
Так уж это вам интересно?
А почему нет? Конечно, интересно.
Да, собственно, и рассказывать нечего. Ходила я два дня, как дура, по пляжу и каждого, кто носил голубые или синие плавки с красной полоской и имел подходящий рост, спрашивала, не спасал ли он в ближайшее время тонущую девушку. Многие думали, что я таким образом хочу с ними познакомиться, начинали шутить или говорить, что спасали, но на поверку оказывалось, что врали, потому что не могли сказать, ни где это было, ни когда. В конце концов я поняла, что это бесполезное занятие, и прекратила поиски. И вот тут он нашел меня сам. Лежала я на том же самом пляже с закрытыми глазами и наслаждалась лаской утренних солнечных лучей, а когда открыла глаза, то увидела, что рядом со мной, на песке, лежит мой спаситель, я сразу поняла, что это он - в синих плавках с красной полоской, длинный спортивный парень. Едва я открыла глаза, он говорит: "Здравствуйте. Говорят, что вы меня искали: вот,