Я проверяю твои социальные сети при каждом удобном случае, и если бы ты знал об этом, то подумал бы, что я жалок. Но все в порядке, я возьму любую крошку твоей жизни, которую смогу получить.
Ты тоже завел OnlyFans. Ты каждый день пишешь об этом в своих историях. И каждый день мои пальцы чешутся нажать на кнопку, но я не могу. Я не силен. Я не настолько силен, чтобы видеть тебя таким и не сломаться.
У Митча все хорошо. Он по-прежнему любит ходить в центр для пожилых людей каждый день на обед, но, между нами говоря, я думаю, что он влюбился в одну из женщин. Я заставил его покраснеть, на самом деле покраснеть, на днях, когда сказал ему об этом. Это был один из тех моментов, когда я скучаю по тебе больше всего: мы с Митчем сидели на диване и решали головоломку, обсуждая наш день. В нашей жизни не хватает частички, и каждый день без тебя кажется пустым.
Митч скучает по тебе. Я скучаю по тебе.
Я люблю тебя. Вчера. Сегодня. Всегда.
Твой навсегда,
Трент.
ГЛАВА 22
ТРЕНТ
Запись в дневнике - День 365
Привет, Веснушка
Прошло триста шестьдесят пять дней, два часа и тридцать семь минут с того момента, как я понял, что тебя нет.
Время - капризная штука. И хотя кажется, что ты ушел только вчера, боль отдается в моих костях каждый миг, когда мне приходится существовать без тебя. Как я смогу оправиться от потери такой любви, как наша?
Нет правильного ответа. Ни один из вариантов не имеет смысла. Я не могу жить без тебя, но и не могу жить с тобой. Все черно-белое, нет серого. Нет цвета. Моя жизнь никогда не была такой мрачной без тебя, врывающегося в комнату. Яркий луч солнца в пасмурный день, распространяющий счастье, которое ничего не стоит, но стоит миллионы.
Митч не разговаривает со мной, не так, как раньше. И это моя вина. Потому что однажды, после долгих часов, проведенных на солнце, единственное, что мне хотелось сделать, - это прийти домой и расслабиться. Я сел на диван рядом с ним, как и много раз до этого.
Он ввел в разговор твое имя, и я потерял голову.
Я заперся в спальне на четыре дня. Я был совершенно не против угаснуть и оставить на этой земле только свои кости.
Он не позволил мне.
Я понимаю его. Это то же самое беспокойство, что и у тебя. Беспокоился о том, что найдет меня мертвым. Но я эгоист, я всегда им был. И всегда буду. Теперь я могу это принять. Я всегда это видел, но никогда не предпринимал шагов, чтобы работать над этим.
