– Подумал что?
– Не знаю. Может, они поссорились или что-нибудь такое?
– Мне ни о чем таком неизвестно, – Лиз нахмурилась. – Гарри – хороший человек. Он всегда прекрасно к нам относился.
– Я знаю.
– Он живет здесь дольше чем ты и всегда вел себя порядочно, разве нет?
– Да, конечно.
– Тогда что такое ты сейчас говоришь?
– Да ничего я не говорю. Забудь.
Наступила пауза.
– Ладно, – сказала Лиз, но Нэйтан заметил, как она бросила взгляд на внедорожник Гарри.
– Слушай, а что будет с долей Кэма? – спросил Нэйтан, чтобы сменить тему. Вопрос прозвучал слишком прямо, но Лиз это, казалось, не задело.
– Она перейдет к Ильзе, – ответила она несколько отстраненно. – Что касается повседневных дел, то не знаю. Нужно понять, кто теперь будет здесь всем управлять.
Она подождала, словно надеясь, что Нэйтан что-то предложит.
– Наймем кого-нибудь, видимо, – сказала она, так и не дождавшись.
– А Баб?
– Нет, – ответ был мгновенным. – Посмотрим еще, что Гарри скажет, но лично я сомневаюсь. Но вы с Ильзой все-таки не обсуждайте ничего без Баба, ладно?
– Само собой. – Через двор Нэйтан видел детский велосипед, прислоненный к стене дома. – Как девочки сегодня? Утром они были немного… – он поискал слово получше, но не нашел, – странные.
– Бог их знает. По Софи трудно определить, но Ло очень переживает. Она и до этого была пугливой. Вбила себе в голову, что здесь водятся призраки.
– Чьи?
– Не знаю. Может быть, стокмана. Он всегда у нас главный подозреваемый. Вы детьми и сами в это верили.
Ветер пробежал по равнине, и в отдалении, как видение, закружилась воронка пыли.
– Несложно понять, откуда у нее это. – Лиз проследила за его взглядом. – Когда я сюда приехала, у нас был свой стокман – живой и здоровый, который думал, что вся округа населена призраками мертвых детей поселенцев. Тех, кто умер плохо. При рождении, от несчастных случаев, от болезней, наверно.
В глазах Лиз блеснули слезы.
– Он говорил, что дети, которые потерялись, звали громче всех. До конца жизни ветер будет приносить матерям их плач. Думаешь, это правда?
– Что здесь водятся призраки?
– Что матери слышат в ветре своих пропавших детей.
– А, – он снова взял руку матери. – Нет.
Он и в самом деле так думал. Будь это правда, воздух так вибрировал бы от воя, что пыли нельзя было осесть.
Англичане в полном составе оказались тут же, возле стола, когда Нэйтан сунулся в кухню. Лиз так и осталась сидеть под эвкалиптом, погруженная в свои мысли, когда он пошел в дом. Саймон и Кэйти повернулись к нему, звяканье ножей и вилок, которые они доставали к ужину, тут же стихло. Нэйтан понял, что они резко оборвали разговор.
– Простите, – сказал он, тут же спросив себя, с чего бы ему извиняться. – Баб не приходил?
Саймон покачал головой.
– Я думал он уехал с вами и с Гарри.
– Ладно, не важно. Спасибо.
Нэйтан заметил, что их бормотание не возобновилось, пока он не отошел от кухни достаточно далеко.
Баба он нашел в гостиной на диване, а его ноги – на своем спальном мешке. Он играл в приставку – мужик в маске бегал и палил на экране. Картина Кэма взирала на них свысока в своей контрастирующей безмятежности.
– Эй. – Баб едва взглянул на Нэйтана, когда тот вошел.
– Что делаешь?
– Ничего. Это, – он кивнул на экран. – Будешь вторым игроком?
– Не, спасибо.
Нэйтан вытянул свой спальник из-под ног Баба.
– Это, вообще-то, моя постель.
– Диван – твоя постель, брат.
Кэйти прошла мимо открытой двери и через секунду вернулась с чистым кухонным полотенцем. Баб проводил ее взглядом, исполненным невыразимой тоской.
– Черт, я ее люблю. – Он театрально вздохнул.
– А, да? И как ее фамилия?
Баб осклабился.
– Без понятия, но точно знаю, какая будет.
Нэйтан не смог сдержать улыбку:
– Боюсь, приятель, ты слегка опоздал. У нее, похоже, уже есть нареченный.
Лицо Баба слегка помрачнело.
– Да это преступление, что такая потрясная девушка досталась этому английскому стручку. Он даже не может ее осчастливить.
– Ты-то откуда знаешь?
– А что, у нее, по-твоему, счастливый вид?
– Я как-то не всматривался.
– Вот я бы точно ее осчастливил, – сказал Баб и многозначительно кивнул на случай, если Нэйтан не вполне уловил его намерений.
– Ну да-да. Ладно, слушай… – С экрана начали стрелять. – Слушай, ты не мог бы… – Нэйтан потянулся и нажал на паузу.
– Да в чем проблема-то? – Раздражение Баба стихло так же быстро, как вспыхнуло. – Что-то не так? По поводу Кэма?
– Нет. Ну то есть может быть. Я хотел с тобой поговорить. Слушай я… – Нэйтан запнулся. – Я видел тебя прошлой ночью.
– Что? Где? – Баб зыркнул в дверной проем, где до этого была Кэйти, и щеки у него покраснели. Нэйтан боялся представить, о чем тот подумал.
– На улице, в саду, – поспешил он добавить.
Баб напрягся.
– Опорожнял мочевой пузырь в районе могилы?
– Ах это, – Баб даже засмеялся. – Ну да и?
– То есть ты считаешь, это нормально?
– Я только на папашину. А то ты сам никогда этого не делал.
