— Сделай одолжение для всех — умри уже, — и кинуло обратно на каменный пол.
Девушка счесала локти, оставив кровавый след.
«Это не Алек», — с задворок сознания послышался тихий внутренний голос.
«Он бы никогда не причинил боль. Он нас любит. А мы любим его и себя», — уже кричало сознание.
«Мы никогда не навредим себе», — девушка уверенно медленно встала с колен.
— Ты — это не я, — сказала она в пустоту. — И ты мне не нужна.
Лира медленно заряжала боевой шар разрядами.
— Что ты мне сделаешь? — насмешливо обернулось отражение. — Ты же никто и силы у тебя никакие.
Без толики опасения говорило гадости оно.
— Я знаю, что я адепт Академии, — с каждым словом в шар вливалось все больше силы.
— Я знаю, что я себя люблю, — глаза отражения стали расширяться, учуяв опасность и уверенные нотки соперника.
— Я знаю, что у меня есть заботящиеся обо мне люди. И мне достаточно одной, но зато верной подруги, — свечение в руках ослепляло, — и я знаю, что способна на многое, а ты лишь жалкий страх, который стоит на моем пути, и который сейчас исчезнет. Потому что я верю в себя.
На этих словах Лира со всей силы толкнула боевой шар в соперника.
Отражение попыталось увернуться, но боевые шары не теряют цель, со всей мощи оно попало в спину убегающему отражению, оно упало и забилось в конвульсиях. Его разрывал свет изнутри, тонкие искры вырывались наружу, как сверхновая, зарождаясь в существе. Оно неистово закричало и взорвалось грязью, забрызгав чернотой все вокруг.
Лира, отплевавшись и протерев глаза, посмотрела на место, где ранее было существо, а сейчас осталась лишь грязная лужа. В центре неё что-то поблескивало. Девушка наклонилась и нашарила рукой металлический крест, инкрустированный зелеными рубинами. Знак Вельзевула — знак победы.
— Это ты никому не нужна, — бросила она напоследок и побежала по ступеням.
Взобравшись на первую, она задействовала механизм. Лестница понемногу начала сворачиваться. Перепрыгивая и прихрамывая, у нее кололо в боку, играть на скорость с поломанным ребром было не очень приятно, ноги соскальзывали с плит, которых становилось все меньше.
«Сегодня я точно не умру», — на таких словах девушка прибавила ходу, и со всей силы выскочила наружу. Дневной свет, ударив в глаза, а перед глазами что-то быстро пролетело, как будто змея, жгучая боль пронзила руку — это последнее, что почувствовала девушка перед тем, как потерять сознание.
Темнота убаюкивала, дарила такой долгожданный покой. Во-первых, за столько лет Лира не чувствовала страха, беспокойства, ничего. Как будто она лишилась всех эмоций, и в этой темноте ей было хорошо.
«Пусть так будет всегда», — подумала она. Но где-то на задворках сознания услышала голос, он звал её, тихо, еле слышно, призывал очнуться. Кто-то слишком нуждался в ней. Голос становился всё громче, вскоре достигая фальцета, как назойливый комар, раздражал рецепторы.
Лира распахнула глаза. Свет резанул и стало больно. Боль была не только в глазах, ломило всё тело. Как будто кто-то вынул все кости, и запихнул обратно, но не в том порядке.
Лира сделала попытку номер два — очень медленно разлепила глаза.
— Она очнулась, — сбоку огласили о прибытии Лиры в мир сей.
— Лира, деточка, ты как себя чувствуешь? — над девушкой склонилась императрица.
— Больно, — пересохшими губами, еле шевеля, прокряхтела девушка.
— Где болит? — поинтересовалось её святейшество Эбигейл, рукой поманив прислугу поднести графин с водой.
Лира хотела было глазами выразить о несмышлености императрицы, и об очевидном ответе. Должно быть выражение её лица отражало мысли так как Эбигейл усмехнувшись, уже подзывала лекаря.
Тот, сделав пару манипуляций над телом девушки, прошептал заклинание и из его рук потянулись потоки силы. Они вливали упоительное обезболивающее прям в вены девушки. Растекаясь по телу и даря умиротворение телу.
— Лучше? — поинтересовался лекарь.
Лира лишь кивнула.
— Ты молодчина, — продолжила императрица, мерно поглаживая девушку по руке. Такая фривольность Лире пришлась не по душе, но отдёрнуть руку все равно не смогла б. Оскорблять знать плохо. И тело — жидкое желе, она с трудом шевелила пальцами.
— Знаешь, как долго я тебя искала, — Лира все еще не понимала, что происходит. Императрица рассматривала руку девушки, поворачивая из стороны в сторону. — Такая сила. И в ком, в девушке без имени и роду.
Лире уже не нравилось такое обращение.
— Но-но, не шевелись, всё равно не сможешь, — императрица засмеялась раскатистым смехом. Она больно сжала запястье, так что Лира прошипела сквозь зубы.
— Ей больно? — от дверей послышались приближающиеся шаги, а вскоре взору предстал Натаниель.
«Он был здесь все это время?» — подумала Лира.
— Думаю да, — и в подтверждение слов Эбигейл снова сдавила до хруста костей запястье, из горла Лиры вырвался стон, потонувший в сомкнутых губах.
— Но сказать она не сможет, — с ухмылкой Эбигейл уже обращалась к одногруппнику.