– Сколько раз говорить, Том, что целиться нужно в конечности, а не спину?! – возмущается Флип, брезгливо смотря на раба. – Вот сам это и будешь убирать.
– Пусть они убирают, – фыркает Том, нарочито поигрывая шокером.
– Идиот необучаемый здесь ты! Поэтому уберешь сам! Для лучшего запоминания.
Когда-то я поклялась, что никогда не стану такой, не стану ломать живых существ. Отец никогда не примет моего решения, он не позволит покинуть станцию, сейчас я это понимаю, а значит, у меня есть только один выход. Пришла пора действовать, но одной мне не справиться, есть только один выход.
Мое внимание привлекает пленник в клетке, расположенной в самой дальней части помещения. Блеклый луч света вырывает из темноты залитое кровью лицо.
– Флип? Что это? – спрашиваю, указывая на сгорбленную фигуру.
Грязные, слипшиеся пряди седых волос совсем отдаленно напоминают косички. Но даже в таком состоянии можно распознать его.
– Был в основной партии, – отмахивается надсмотрщик. – Нет смысла вести в шестой отсек, пока здесь закончу – он уже окочурится.
Я редко спускаюсь сюда без прямого приказа капитана. Товар приходит чаще всего в плачевном состоянии. Мне больно смотреть на искалеченных существ, но частенько помогаю отцу составлять отчеты и списки. Последние четыре года это вообще моя обязанность. За все это время выходцы с планеты Зурхэт никогда не попадали в числе рабов на эту станцию. Поговаривают, что для них лучше смерть, чем жизнь в неволе. Высокие, седовласые мужчины часто нанимаются в охранители для покупательниц или заказчиц. Когда зурх покидает свою родную планету, то делает особую ритуальную причёску из собранных мелких косичек, поэтому отличить среди прочих их несложно.
– Зурх? – уточняю, не веря своим глазам.
Проблемные пленники бывают всегда, но… одним богам известно, чем может обернуться присутствие среди товара представителя этой расы.
– Да, – повторяет Флип, продолжая методично заносить данные в планшет.
Синхронизировать сканер с общей корабельной системой не получилось, поэтому данный этап приходится проделывать вручную.
– Зурх среди живого товара?! – все ещё переживаю, что ослышалась.
Мужчина дышит прерывисто. С него даже не стали снимать одежду, покрытую запекшейся кровью. Подхожу ближе, судорожно соображая, что делать. В голове не сразу, но рождается план. Не претендующий на гениальность, но все же.
– В лазарет его, – командую надсмотрщикам.
– Но, мисс, – они растерянно смотрят на Флипа.
– Мисс Тикет…
– Да, брось, – в разговор вмешивается Оливия, – пусть наша будущая именинница поиграет.
– Толку туда-сюда носить, – бурчит один из мужчин, вытаскивая пленника.
– Все равно его не сломать, – соглашается с ним второй.
– А у тебя неплохой вкус, сестренка, – толкает в бок Мелисса. – Говорят, они фантастические любовники.
Все, что мне остаётся – выдавить кривую улыбку. Пусть думают, что я нашла себе развлечение – постельную игрушку, лишь бы не догадывались об истинных мотивах. На какое-то время это усыпит бдительность отца и даст мне фору.
Я не собираюсь всю жизнь торчать на Овсяннице или ещё хуже – на этой станции. Только остальной мир гораздо более враждебен к женщинам, чем система Унн-Ран. И там мне нужен проводник. Зурх вполне может подойти на эту роль. Тем более, из всех известных рас, они наиболее договороспособные.
Шона Калиун.
Свет слишком яркий. Глаза болят даже сквозь закрытые веки. Мозг со скрипом пытается восстановить картину последних дней, но каждый раз терпит неудачу. Сознание появлялось урывками, а все происходящее напоминает дурной сон. Раны затягивались медленно, отнимая последние силы. Бывало хуже, конечно, но противное ощущение скорого конца присутствует.
– Помоги мне, – над ухом раздается девичий голос, – а я помогу тебе.
Кто-то начинает ощутимо трясти за плечо. О, святая Эллея, оставьте меня в покое! Мне нужно не так много времени, чтобы определиться с тем и этим светом.
– Прошу! – почти молит кто-то очень настойчивый.
Все тело ломит, но я нахожу в себе силы открыть глаза. Зрачки плохо фокусируются из-за яркого освещения. Жаль, очков нет, хотя это не самая большая проблема в данный момент.
Передо мной стоит рыжее нечто на фоне серых стен. Пару раз моргаю, пытаясь привыкнуть к искусственному свету. Постепенно размытое пятно собирается в образ юной девушки с золотыми кудрями. Эллея своим поцелуем разбросала по её лицу веснушки. Только зелёные, словно воды Толгаса, глаза серьезны и сосредоточены.
– Чем? – пересохшее горло с трудом извлекает звуки.
– Мне нужен охранитель, – она понятливо протягивает прозрачную трубку, второй конец которой опущен в стакан. – Я хочу отправиться в систему Инктум, на планету Рион. К сожалению, совсем не знаю правил союза. Взамен дам тебе свободу.
– Я и так свободен, – отвечаю, сделав небольшой глоток.
Вместо воды в бутылке какой-то кисловато-соленый раствор. На вкус редкостная гадость, но почему-то в мозгах от неё становится яснее. Это радует. Ясный разум сейчас очень нужен.
