Рехан снял пиджак, который был на нем, и теперь был одет в простую белую рубашку и черные костюмные брюки. Он и мужчина, который начинал походить на его заместителя, стояли в холле с группой примерно из восьми человек, большей частью охраны, которая прибыла с ними из Пакистана, а также с парой лиц, в которых Райан узнал постоянных посетителей дома.
Звук был хорошим, Доминик и Райан слышали каждое слово, но ни один из мужчин не говорил на урду, поэтому им пришлось подождать переводчика из Западного Одентона, штат Мэриленд, который переведет разговор, чтобы придать сцене некоторый контекст.
Через несколько секунд Рехан со свитой вышел через парадную дверь.
— Я полагаю, шоу на данный момент окончено, - сказал Дом. — Я собираюсь сделать сэндвич.
Через двадцать минут после того, как Доминго Чавес покинул квартиру Эмблинга и аль-Даркура, раздался стук в дверь. Пакистанский майор разговаривал по телефону со своим штабом в Пешаваре, поэтому Эмблинг пошел открывать. Он знал, что в здании есть система безопасности, которая не пустит на этот этаж частных резиденций никого, у кого не было разрешения от одного из жильцов, поэтому он не беспокоился о своей безопасности. Посмотрев в глазок, он увидел официанта в белом смокинге, держащего ведерко со льдом и бутылку шампанского.
— Могу я вам чем-нибудь помочь? - спросил он через дверь. Затем он пробормотал себе под нос: Забрав у тебя из рук эту чудесную бутылку "Дом Периньон".
— Презент от управляющего, сэр. Добро пожаловать в Дубай!
Эмблинг улыбнулся, открыл дверь и тут увидел других людей, спешащих по коридору. Он хотел захлопнуть дверь, но официант отшвырнул ведерко с вином в сторону, выхватил автоматический пистолет "Штайр" и приставил его ко лбу Найджела Эмблинга.
Эмблинг замер.
Сбоку от дверного проема, скрытый от глазка, появился генерал Риаз Рехан из Объединенной разведывательной службы. У него самого был небольшой автоматический пистолет.
— В самом деле, англичанин, - сказал он. — Добро пожаловать в Дубай.
В квартиру мимо Найджела ворвались еще девять бойцов с высоко поднятыми пистолетами.
56
Карузо доел свой сэндвич, и они с Райаном были в процессе отключения устройств наблюдения с жучками-ботами, чтобы сэкономить заряд аккумулятора. Они подождут до вечера, чтобы снова запустить их, надеясь, что к тому времени Рехан вернется.
Зазвонил спутниковый телефон на столе, и Карузо снял трубку.
— Да?
— Дом? Это Белл.
— Что случилось, Рик?
— У нас проблема. Когда мы пришли в офис, то начали с начала вашей передачи аудиозаписи, так что с переводом мы опоздали примерно на пятнадцать минут.
— Без проблем. Рехан уехал некоторое время назад, поэтому мы выключаем...
Нет, проблема есть. Мы просто перевели то, что он сказал перед тем, как выйти за дверь...
Доминго Чавес застрял в пробке всего в четверти мили от выезда из аэропорта. Возвращаясь после того, как забрал свою снайперскую винтовку и патроны из "Гольфстрима" компании "Хендли Ассошиэйтс", он попал в серьезное дорожно-транспортное происшествие на мосту Бизнес-Бэй, и теперь он сидел в "БМВ", очень довольный на тот момент, что кондиционер спасает его от зверской жары, потому что, похоже, поедет он ещё не скоро.
Перед собой, примерно в трех милях, он мог видеть вздымающийся в небо небоскреб "Бурдж-Халифа". По другую сторону от него, на всем пути к побережью, находилась Пальма Джумейра, его пункт назначения.
В этот момент зазвонил его мобильный.
Это был Райан, его голос был резким и напряженным.
— Рехан знает, что Эмблинг и аль-Даркур в "Бурдж Халифе" ! Сейчас он направляется туда с командой головорезов.
— Черт! Позвони Найджелу.
— Я звонил. Никто не отвечает. Попробовал позвонить и по городскому телефону к нему домой. Никто не брал трубку.
— Сукин сын! - сказал Чавез.
— Отправляйся туда как можно быстрее. Я застрял в пробке.
— Мы выдвигаемся, но это займет не меньше двадцати минут.
— Тащи свою задницу, парень! Они - наша единственная ниточка к Сэму! Мы не можем их потерять!
— Я в курсе!
В "БМВ", расположенном к западу от моста Бизнес-Бэй, Доминго Чавес в отчаянии ударил руками по рулю.
— Черт возьми!
И Мохаммед аль-Даркур и Найджел Эмблинг были связаны пластиковыми стяжками, их руки были заведены за спину, лодыжки стянуты вместе. Рехан приказал своим людям поставить мужчин спиной к стеклам у окон от пола до потолка в гостиной. Генерал Рехан сидел перед ними на длинном диване, скрестив ноги и откинув руки на подушки. Он пребывал в своей стихии, ему было комфортно здесь, с пленниками, находящимися в его власти.
Люди Рехана — полковник Хан и охрана из восьми человек - стояли вокруг комнаты. Еще один часовой остался снаружи, в коридоре. Каждый из них носил пистолет по своему выбору — "Штайр", "ЗИГ" и "ЧЗ" были оружием спецназа, а Рехан и Хан оба носили "Беретты" в наплечных кобурах.
