Вот и сейчас – не успел Айку с пакетами в руках исчезнуть в боковой комнате, где он имел обыкновение спать на полу на циновке, как в комнату зашел Карл. Он притянул к себе молодую жену и требовательно поцеловал ее.
– Карл, не надо! – попросила Юлия, когда он наконец-то оставил ее губы в покое.
Неужели она будет вынуждена терпеть это еще и днем?
– Вещи нужно упаковать в чемоданы, да и Айку может в любой момент вернуться… – Юлия провалилась бы от стыда сквозь землю, если бы слуга застал их врасплох.
И Карл, к ее удивлению, отпустил ее. Юлия воспользовалась этой возможностью, чтобы сменить тему.
– Скажи, Карл… Айку… я имею в виду… Он немой?
Юлия много думала об этом. Она уже несколько дней ходила со слугой по городу, однако он не издал ни звука. Неужели он не мог говорить? А может быть, не хотел? Может быть, рабам не разрешалось разговаривать с белыми людьми?
Карл присел на край кровати и, как это часто бывало, стал вертеть на пальце перстень, который носил не снимая. Это было довольно странное украшение – грубое толстое кольцо, в котором, казалось, было что-то спрятано. До сих пор Юлия не решалась спросить, какое значение для Карла имело это кольцо.
В конце концов он неохотно ответил на ее вопрос об Айку:
– Нет, ему… Ах, Джульетта, собственно говоря, женщине ни к чему об этом знать.
Юлия заподозрила нечто страшное.
– Что с ним сделали?
– Ну, понимаешь… ему отрезали язык.
– О боже, как это ужасно! – Юлия испуганно закрыла рот рукой. – Кто же с ним так поступил?
– Негры иногда между собой весьма… Но тебя не должно это заботить, – коротко ответил Карл.
Юлия была потрясена. Такого она не ожидала. Какая же должна быть причина для того, чтобы отрезать человеку язык? И какие еще ужасы пришлось перенести Айку?
– А почему он не носит обуви? – наконец, придя в себя, спросила она заикаясь.
Карл рассмеялся:
– Он просто этого не любит. А дома, в Суринаме, негры все равно все время бегают босиком. Иди сюда…
И он снова притянул ее к себе.
– Ты еще узнаешь все, что касается рабов, когда мы будем на месте.
Казалось, что это была тема, на которую Карл не любил говорить или которую он считал слишком незначительной.
– Кроме того, есть более важные вещи. Я, например, хотел попросить тебя сделать мне одолжение.
– Какое? – спросила Юлия, пытаясь освободиться от его объятий.
– Ты не могла бы купить кое-что для моей дочери?
– Для дочери? – Ошеломленная Юлия вырвалась из его рук.
– Ну да. Я не очень силен в том, что касается дамских туалетов.
– Дочь! – Юлия, не веря своим ушам, смотрела на Карла. – У тебя есть дочь? Почему же ты никогда мне об этом не рассказывал?
Карл пожал плечами:
– Джульетта, как ты знаешь, я – вдовец. В этом случае дочь не является чем-то предосудительным.
Юлия почувствовала, как в ее душе поднимается гнев.
– Предосудительным? Нет. Но почему же ты сделал из этого тайну? Ты должен был рассказать мне об этом раньше.
– Должен был? Разве это что-то изменило бы? – Карл выжидающе посмотрел на нее.
Юлия не знала, что ему сказать.
– Сколько… сколько же ей лет? – наконец спросила она.
Карл задумался.
– Семнадцать, – произнес он.
Юлия бросила на него недоверчивый, испуганный взгляд:
– Карл, твоя дочь всего на год моложе меня!
Он пожал плечами:
– Тем лучше. Вы будете понимать друг друга.
Юлия прикусила губу.
– Как ее зовут? – в конце концов тихо спросила она.
– Мартина, – невозмутимо ответил Карл. Он, казалось, вообще не замечал, как испортилось настроение у Юлии. – И она сказала, что ей хотелось бы пару красивых накидок и две шляпки. Купи то, что тебе понравится. Как ты уже сказала… вы ведь почти одного возраста.
Карл попрощался с женой, поцеловав ее в лоб.
– Айку, ты будешь сопровождать миссис, – коротко приказал он слуге, который послушно ждал за дверью. – Она сделает еще несколько покупок. Для миси Мартины.
При упоминании этого имени лицо Айку на короткое время напряглось, но затем он кивнул так же покорно, как и раньше.
Юлия вздохнула:
– Айку, вы не могли бы…
– Джульетта! – Карл резко обернулся к ней, грубо перебив. – К рабам не обращаются на «вы»!
И с этими словами он исчез.
Юлия уселась перед зеркалом. Ее чувства были в смятении. Оказывается, она теперь не просто замужняя женщина. У нее есть приемная дочь! Падчерица! И вообще, может быть, есть еще члены семьи, о которых она не имеет ни малейшего понятия. Может быть, у Карла есть родители? Братья и сестры?
Кто знает, о чем еще он умолчал! Уже не в первый раз Юлия почувствовала, как в ней растет злость по отношению к мужу – и нечто похожее на страх перед собственной храбростью. Чужой, незнакомый человек, чужая страна, новая семья… Иногда Юлия вынуждена была очень наглядно представлять себе монастырь в качестве альтернативы, чтобы не сомневаться в правильности своего решения.
Спустя два дня ранним утром молодожены отправились в порт. Юлия даже испугалась при виде огромного багажа, который у них накопился. Для транспортировки чемоданов в порт понадобилась дополнительная карета.
