Предупреждение: Не вычитано. Фотограф дикой природы Анна очень любит своего мужа Максима. К сожалению после автокатастрофы у него начались проблемы с психикой. Девушка надеется, что их общее увлечение дикой природой вернет ей человека, которого она когда-то знала, и для этого организует небольшой поход по сибирской тайге. Однако, с самого начала все пошло не так. Максим не взял с собой прописанные ему лекарства, и разум все больше начинает подводить его.
Надежда Лунная
Под сенью тайги
Глава 1
Тишина квартиры, изредка прерываемая шорохом страниц, разлетелась в клочья от звонка будильника. Я с удивлением воззрилась на возмутителя спокойствия. Девять тридцать. Проклятье! Вечером я присела прочесть пару страниц, чтобы успокоить волнение, владевшее мной в связи с наступающим днем, и в итоге опять просидела до самого утра. Я отключила назойливую трель, отложила увесистый том и устало размяла шею. Ладно, высплюсь в самолете. Я выбралась из объятий мягкого кресла и прошла на кухню сварить кофе. Здесь меня поджидало вечно голодное создание, встретившее мое появление радостным вилянием хвоста и довольной собачьей ухмылкой.
- Привет, Юпитер. Проголодался? - спросила я.
Можно было не спрашивать. Пес согласно заворчал. Я потрепала мохнатую голову, открыла банку собачьих консервов и вывалила содержимое в новенькую миску. Юпитер громким чавканьем выразил свое одобрение.
Пока кофе остывал, я быстро приняла холодный душ, который помог стряхнуть усталость от бессонной ночи. Горячий воздух трудился над моими кудрями, а я обдумывала разговор, который должен был состояться через пять минут. У нас сейчас еще утро, но между Иркутской областью и Москвой пять часов разницы, так что у моей сестры самый разгар рабочего дня. Отложив фен в сторону, я направилась на кухню к телефону. Пару минут я с сомнением смотрела на него, но деваться было некуда. Я набрала номер. Трубку сняли после четвертого гудка, и я услышала запыхавшийся голос сестры:
- Уф! Алё?
- Наташа, привет! Это я.
- Аня! Наконец-то! Все нормально? Как вы?
В ее голосе было столько облегчения и искреннего участия, что я с головой погрузилась в угрызения совести от того, что так долго не давала о себе знать.
Разговор длился всего несколько минут. Во-первых, дорого по межгороду. Во-вторых, сегодня у нас будет время поговорить лично. Разбавив и без того чуть теплый кофе сливками, я прошла в комнату и бегло огляделась. Скромная и удобная обстановка. Два кресла, напольная лампа, журнальный столик, книжные полки и диван. Все в глубоких сине-зеленых тонах. Ничего лишнего. Кроме спортивной сумки с вещами, которую я вскоре заберу. Я подошла к креслу, взяла с подлокотника книгу, пожравшую ночные часы, и поставила ее на место на полку. Теперь почти везде царил идеальный порядок. Если мои планы воплотятся в жизнь, квартира будет полностью готова к сдаче. Еще одна пустая книжная полка ждала возвращения книг, которые читал мой муж. Сегодня они должны были занять свое законное место.
Километры исчезали под колесами, солнце иногда проглядывало сквозь густую листву деревьев, и только ради этих коротких вспышек я надела черные очки. Почему-то я не любила яркий свет, но кому было винить меня за это? Другие пассажиры маршрутного микроавтобуса таращились на меня, но, стоило мне посмотреть в ответ, прятали взгляды кто в книгу, кто в пол, кто даже в люк на потолке. Не знаю, может быть, дело было в золотой пентаграмме, расположившейся в моем немалом декольте черной рубашки, может в толстой цепи, висящей у меня на джинсах, а может в браслете с маленькими стальными летучими мышами, которые звенели, соприкасаясь между собой. Есть в наших людях такая раздражающая черта: если ты хоть немного выделяешься из серой массы, то на тебя будут пялиться так, будто на тебе одежда горит. Неужто не учила мама в детстве, что это невежливо? Я давно привыкла к косым взглядам, поэтому просто подставляла лицо под ветер, дующий из приоткрытого окошка, и наслаждалась тем, как развеваются мои волосы.
Улыбок на лицах людей не было, что неудивительно, если принять во внимание конечный пункт назначения. Большинство моих компаньонов ехали навещать своих родных и близких – пациентов психиатрической лечебницы. Я же ехала забирать своего супруга. Больше трех лет мы жили порознь по очень уважительной причине. Безумие вносит свои поправки в повседневную жизнь с любимым человеком. Но я честно пыталась с этим жить, пока Максим не стал агрессивным. Тогда я сдалась и дала разрешение на стационарное лечение. Прошло две недели, прежде чем я смогла в первый раз навестить его в больнице, так как разгуливать с синяками на лице, и не только, нынче не очень модно.
Теперь все должно было быть по-другому. Хотя вылечить делирий до конца практически невозможно, ремиссии "случаются", как изволил выразиться по телефону врач. Я заберу Максима и буду стараться, чтобы ремиссия продолжалась как можно дольше.
