Каббалист ощущает их намного острее, чем чувствует обычный человек, посещая театр, филармонию, читая книги. Он одновременно с самим произведением воспринимает и истинные порывы, которые побудили их создателя к творчеству, хотя сам автор, вероятно, даже не осознавал этого, не понимал, отчего его, словно толкает нечто, на сочинение того или иного произведения.
Мы впитываем творческий импульс из внутреннего источника самой природы. Поэтому для нас любые переживания, отраженные в музыке, литературе, живописи, зодчестве становятся глубинными, более корневыми, что ли.
Это одновременно чувственное и рациональное проникновение внутрь мироздания, которое позволяет осуществить Каббала, оно включает в себя абсолютно все, что человек создал в нашем мире. В то же время, такой способ постижения не требует от каббалиста вести какой-либо особенный образ жизни, ему не нужно ответвлений, дополнительных посещений общественных мест.
«*
Каббалист, развивающий свою душу, начинает через нее ощущать, насколько она соединена со всеми остальными душами – независимо от пола или расовой принадлежности людей. Он начинает тревожиться за весь мир, потому что, в конечном итоге, относительно Творца все мы существуем как единое кли , сосуд, соединяясь в конструкцию, называемую Адам Ришон.
Поэтому каббалисты пишут и обращаются в своих книгах ко всему человечеству, ощущают боль за весь мир. Необходимо понять, что это приходит из внутреннего осознания того, что мы представляем собой единый организм.
По моему Учителю, например, очень чувствовалось, как он страдал, сопереживал и старался быть вместе с народом во всех бедах, трудностях и проблемах, выпадающих на долю его сограждан.
*»
<p id="bdn_23">1.20 О чем говорят в эфире…</p>«*
Рабаш очень интересовался этим миром, слушал новости, его занимало то, что происходило вокруг. Конечно, все это он расценивал в соответствии с законами Высшего Управления, но каждый час я был обязан включать радио, и Учитель слушал новости на протяжении двух-трех минут, а иногда даже меньше – всего полминуты, пока не заканчивалось что-то важное. Он никогда не выслушивал комментарии, рассуждения, только краткую информативную сводку и не более.
В начале мне было очень интересно наблюдать за ним, и я размышлял о том, для чего такому человеку слушать радио, что там особенного? Ведь люди не придают слишком большого значения тому, о чем говорят в эфире. Однако Рабаш в любой ситуации не пропускал новости. Впоследствии, когда я немного уразумел ход его мыслей, соображений, откуда они проистекают, то начал понимать, что его интересовала именно разница между тем, что говорят по радио и тем, что он ощущает со стороны Высшего Управления. Это давало ему возможность немного почувствовать человечество, и его отклонение от того, что приходит свыше.
