Я почти касалась губами его шеи, прикрывая глаза, наслаждаясь моментом и понимала, насколько мне хорошо рядом с Маратом, в его руках. Удивительное чувство защищенности, безопасности и спокойствия.
— Я не мог быть другим. Это моя работа. Если бы не наш побег, ты бы никогда не узнала правду.
— И ты бы смог справиться? — мы соприкоснулись лбами с Маратом и стояли так, не двигаясь, боясь нарушить момент. — Ты бы каждый день видел меня.
— Я хотел попросить дать мне другого клиента, но не успел. Начались покушения и твой отец решил, что я должен охранять тебя в поездке.
Мне захотелось поцеловать Марата. Отчаянно, до дрожи. Так, чтобы снова не хватало дыхания и слабели колени, чтобы не отрываться от его губ, которые сейчас так близко.
— Хорошо, что ты не успел… — произнесла я, после чего, скользнув ладонями по плечам Марата, подарила ему поцелуй, в который вложила все то, что сейчас испытывала. Влечение, томительную нежность и невыразимое желание быть как можно ближе.
Падающие с неба капли небольшого дождя попадали на наши лица, приятно освежали разгоряченную кожу, стекали к губам. Такого невероятно романтичного момента я даже в своих фантазиях не могла представить. Рисовала какие-то картины, но это не шло ни в какое сравнение с реальностью, которая превзошла все ожидания.
Я поняла, что влюбляюсь в Марата. Нет, даже не так.
Я призналась себе, что влюбилась в Марата. Давно. И с каждым днем чувство становилось все сильнее.
Марат.
Я знал, что поступаю неправильно. С самого начала. С того момента, как позволил себе переступить границу, за которой невозможно было уже повернуть назад.
Но не мог иначе.
Убеждал себя, что те дни, которые проведу здесь с Алиной, потом навсегда останутся в памяти. В сложные моменты я буду вспоминать об этом, как о чем-то невероятном.
Алина спала рядом, на моем плече, в печке догорали остатки дров и было так охренительно хорошо, что в голову лезли дурацкие, совершенно ненормальные мысли. Наверное, я мог бы многое отдать за возможность и дальше держать в объятиях эту девушку. Пусть не всегда, пусть в редкие моменты, главное чувствовать ее тепло, слышать дыхание. Кайфовать от того, как она утыкается в мою шею, сонно что-то бормоча. Меня изнутри распирало нечто такое, чему я не мог найти объяснения, просто хотелось сжимать Алину еще крепче в своих руках.
Вся эта ванильная чушь теперь не давала мне покоя, я понимал, что когда наше приключение закончится, мне придется возвращаться к привычной жизни, в которой Алины уже не будет. На ее отца я точно не смогу работать, потому что смотреть на нее издалека, без возможности прикоснуться — будет невыносимой пыткой.
Алина поерзала, зевнула и, потянувшись, чмокнула меня в плечо:
— Я так хорошо выспалась…
— Доброе утро.
— Доброе утро, — пробормотала она, поудобнее укладываясь на моей груди. — Чем сегодня будем заниматься?
— На сегодня у меня планов нет, — я встрепал пальцами ее волосы. — Будем спать весь день.
— Давай дойдем до моря? Соседка говорила, что если пройти дальше села, через поле, то можно выйти к скалам.
— Почти три километра идти. Справишься?
— Если ты меня накормишь, я наберусь сил и хоть весь день гулять готова!
Рассмеявшись, погладил ее по щеке, балдея от бархатной на ощупь кожи. Я заметил, что несмотря на всю сложность ситуации, на предстоящее расставание, которое все равно произойдет однажды, стал чаще улыбаться рядом с этой девушкой. Порой я не мог сдержать улыбки, слушая ее рассуждения, или наблюдая за тем, как утром она умывается прохладной водой, смешно жмурясь.
Никогда бы не подумал, что буду испытывать подобное.
— А ты сама завтрак не хочешь приготовить? — поинтересовался с усмешкой.
— Вообще, я хочу тебя, — она провела пальчиком по моей груди, вызывая этим жестом учащенное сердцебиение.
— Значит. двух раз ночью тебе было мало?
Алина прикусила губу, уселась на меня и кивнула головой.
— Мне тебя всегда мало.
Я не стал ничего говорить про то, что скоро все закончится, что нам придется отвыкать друг от друга. Зачем это произносить вслух, если Алина сама отлично все понимает.
Да и мне стало не до разговоров, когда она стянула с меня боксеры и несколько раз провела по члену ладонью, вызывая уже привычную пульсацию. Я чуть не сорвался в ту же секунду, как Алина начала медленно двигаться, позволяя мне погружаться в нее. Хотелось перевернуть ее на спину, быть сверху, проникать до основания… Но вместо этого я поднялся, сел на кровати, позволяя Алине обхватить меня ногами.
В этой позе мы были так близко друг к другу, что с каждым движением сбивалось дыхание, не хватало кислорода, я помогал Алине поддерживать темп, вжавшись пальцами в ее бедра, насаживал на себя. Целовал ее губы, выпадая из реальности от едва сдерживаемых стонов, чувствовал, как тугие мышцы сжимаются вокруг члена и, черт, хотел кончить в нее… Быть в ней, когда получу желанную разрядку.
Алине хотелось того же, она не отстранялась от меня, наоборот объятия становились все теснее, с каждым новым толчком.
